ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

загрузка...



  71  

- Так я ей настойку сделаю. И у нее такая будет.

- Ну, если так. Да ты перчатки то снимай, тепло тут у нас.

Я заглянула за отворот перчатки и, облегченно вздохнув, начала их стягивать.

- Нам магам руки лучше беречь.

- Такие надо. Смотри пальчики-то какие тонкие, да ладошки ладные. Прям как у аристократки. Ты случайно не из ихних? - подозрительно сощурилась женщина.

- Не знаю. Сирота я. Меня тетка-ведунья подобрала и выходила. У нее и колдовать училась. - Смотри-ка даже ни словечка не соврала.

- А как к магу то попала?

- Господин Оливье в ученицы взял. У меня же получается образования нет нормального. А маг такого уровня может дать протекцию в Университет на сдачу выпускных экзаменов. Нас у него двое. Он ведь считается лучшим магом в Ринии. Это просто счастье что он взял нас во служение.

- Да уж не бесплатно, наверное, - хмыкнула он.

- Что вы, он нам даже стипендию платит. Процент от вырученных денег. Его ведь часто вызывают, на всех клиентов и времени не хватает. Вот и посылает нас. Заодно и опыт получаем хороший.

- Не плохо маг устроился. Чужими руками жар загребает.

- Такова плата. Пока у нас нет диплома мы никто. За все надо платить.

Женщина хмыкнула. И отвернулась к очагу.

Я ее понимала. Эту прописную истину знают все, но многие просто не признают. И ожидать такого признания от девчонки никто не будет.

Но я знаю.

- Что, никак не разожжете? - спросила я, видя как мучается хозяйка с печью.

- По осени печь переложили, да неудачно как-то, дымит и зажигается плохо.

- Давайте помогу. Уголек, - позвала я. По руке знакомо скользнул теплый хвостик, а на пальцы легла симпатичная мордашка с гребнем и тлеющими глазками. В груди сразу потеплело. - Привет малышка. Расскажешь где сегодня была?

Саламандра затрещала на своем огненном языке и почему-то стыдливо ткнулась мне в ладошку. Эх, перекормила я ее в свое время, вон какая здоровая выросла. Ведь раньше на ладошке умещалась. А теперь если положит голову на кончики пальцев, хвост как раз до локтя доходит. Но я все равно любила это создание.

- Какая забавная зверушка, - улыбнулась хозяйка.

- Что ты натворила, Уголек? - Сердце пронзило чем-то острым. - Что случилось?

Ящерка вздохнула и заглянула мне в глаза.

- Хорошо, не буду спрашивать. Просто ответь, ты была в Царстве? - она кивнула. - Ну и как? Они счастливы? Попытку закатить глаза можно воспринять как согласие? Не волнуйся за меня, Уголек. Я рада.

Черта с два я рада! Точнее с четыре.

Ненавижу, ненавижу его!

- Лучше помоги разжечь печку. А я поделюсь с тобой пирожком, - помахала я перед носом саламандры половинкой сдобы. Та проследила за ним голодным взглядом и соскочила к печке. Залезла по белым стенам и уселась в топке. Огонь загорелся тут же. - Теперь пока вы не погасите его, огонь будет гореть исправно. Киньте ей пирожок. Уголек ужасная обжора.

- Это саламандра, - поняла женщина. - Как же ты ее держишь в руках, это же чистый огонь?

- А я не представляю как это держать в руках поварешку. Для меня это выше любого понимания. Всякому свое. Хозяйка, может быть объясните за чем вывязывали колдуна из самой столицы?

- Да муж все мой. Пока мы ему говорили, колдун нужен, Василий отнекивался, а как с крыльца сам навернулся, сразу в город за лучшим магом послал. Домовой у нас чудит, девонька. И странно так. Ведь дом полная чаша, все хорошо, хозяйство ведем исправно. Вот и испугались мы - вдруг каку беду пророчит. Поговори с ним, присмири, да расспроси. Ведь житья нет и от пакостей его и от страха. Вдруг действительно, что плохое чует, они ведь… другие.

- Домовой? Где у вас сеновал? Соберите мне пока крынку молока и большой пирог в чистом белом платке. Узнаем что хочет сказать ваш домовой. А я пока по дому похожу, вы не против?

- Сейчас все сделаем, госпожа ведьма.

- Зовите меня по имени, а то неловко как-то.

- Лет то тебе сколько, девонька? Уж, наверное, мне ровесница.

- Мне двадцать четыре года.

- Батюшки, как Петру моему. Сынку старшому.

Я ушла. Дом оказался большой, уютный и действительно справный. Все здесь было на местах и в полном порядке. Чистенько, ладненько. Хозяйственный нижний этаж, жилой второй и детская на третьем, чердачном. Когда я туда вошла, на меня посмотрели ясноглазые девчонки, хозяйские дочки.

- Привет красавицы, - улыбнулась я входя.

- Здравствуйте, - удивленно посмотрели на меня сестрички. Хорошенькие. Одной лет двадцать, другой семнадцать, обе красавицы статные.

  71