ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Здравствуйте, я ваша ведьма!

Кое как дочитала до 8 -ой страницы. больше не смогла >>>>>

Возмутитель спокойствия

Это не интеллектуальное чтиво, мне очень понравилось, ми ми ми, прочитала на одном дыхании, люблю когда... >>>>>




Loading...
  3  

– Что именно? – нежно проворковала я и вновь подумала, что его, наверное, опять уволили. Если это так, то удивляться нечему.

Мы уже проходили подобные ситуации, хотя в последнее время он ощетинивался, когда я заводила разговор на тему его трудовой занятости. К тому же он стал все чаще менять свои работы, объясняя это тем, что, мол, он подвергается незаслуженным гонениям со стороны начальства, его многочисленные таланты никогда не оцениваются по достоинству, а следовательно, «нет смысла тратить драгоценное время и рвение на эту чепуху». Я предчувствовала, что все к тому идет – последние полгода он стал еще ворчливее, чем обычно. Он недоумевал, зачем ему вообще работать, и предлагал нам всей семьей вместе с детьми провести лето в Европе или вдруг погружался в написание сценария или книги. Раньше за ним такого не водилось, и я решила, что все его выходки – результат «кризиса среднего возраста». Роджеру, вероятно, наскучило сидеть в офисе, и он всерьез подумывает, не заняться ли ему чистым искусством. Если так, то с помощью трастового фонда «Умпа» мы и это преодолеем. Как бы то ни было, я старалась не напоминать Роджеру о его постоянных неудачах в карьере и бесчисленных работах, дабы не травмировать его самолюбие. Я никогда не упрекала его в том, что мой покойный дедушка фактически содержит нашу семью уже много лет. Мне хотелось быть для Роджера образцовой женой: пусть он не чародей с Уолл-стрит и никогда им не станет, я все равно считала, что он славный, добрый человек.

– Что случилось, милый? – в который уже раз спросила я, протягивая ему руку. Но он отпрянул, словно его ужалила змея. Можно было подумать, что его собираются посадить в тюрьму за изнасилование или публичное обнажение в одном из клубов, и он стесняется мне в этом признаться. Вот тут-то я и услышала великую новость Роджера.

– Кажется, я тебя больше не люблю. – Он произнес это, глядя мне прямо в глаза, как если бы на моем месте сидел «чужой» с черничной ягодкой, застрявшей меж зубов, одетый в мою драную фланелевую рубашку.

– Что?! – Слово вылетело из меня стремительно, как ракета.

– Я сказал, что не люблю тебя, – повторил он с самым серьезным видом.

– Нет, это не так, – твердо возразила я, прищурившись. Не знаю почему, но в эту минуту я внезапно заметила, что на нем тот самый галстук, который я подарила ему в прошлом году на Рождество. Зачем, черт подери, он надел его сегодня? Сообщить, что больше меня не любит? – Ты сказал, что тебе кажется, что ты меня не любишь. А это не одно и то же.

Мы всегда с ним спорили из-за какой-нибудь ерунды: к примеру, кто допил молоко или кто забыл выключить свет в комнате. Что же касается более важных вопросов (как воспитывать детей и какую школу им лучше посещать), то тут у нас царило полное единодушие. Вернее, повода для ссор и споров попросту не возникало, поскольку мне приходилось решать все самой. У Роджера моментально находились тысячи отговорок: то он слишком занят игрой в теннис или гольф, то собирается на рыбалку с друзьями, то подхватил смертельный грипп – где уж тут заботиться о детях. Он полностью переложил этот груз на мои плечи. Да, Роджер был потрясающим танцором, с ним было весело и интересно, но чувство ответственности явно не входило в список его многочисленных достоинств. О себе он заботился гораздо больше, чем обо мне или детях, однако в течение тринадцати лет совместной жизни я ухитрялась закрывать на это глаза. Мне хотелось иметь семью и детей, и я это получила. В Роджере воплотились все мои мечты. А дети у нас чудесные, что и говорить. Но до сегодняшнего дня я ни разу не задумывалась над тем, как же, в сущности, мало Роджер сделал для меня самой.

– Что случилось?! – воскликнула я, чувствуя, как меня охватывает паника. Моему мужу, видите ли, «кажется», что он меня не любит. Ну и что мне с этим делать?

– Не знаю, – ответил Роджер, виновато пряча глаза. – Просто однажды я осмотрелся вокруг и понял, что я в этом доме посторонний. Здесь мне не место.

Да, это куда хуже, чем очередное увольнение. Похоже, он собирается «уволить» меня, свою законную супругу. Вид у него был самый решительный.

– Тебе здесь не место? Да о чем ты говоришь? – пролепетала я, сползая со скользкого кресла и понимая, что выгляжу ужасно гадко и глупо в своей ветхой ночной рубашке. Все-таки за последние десять лет надо было выкроить время и купить себе новых рубашек, пронеслось у меня в голове. – Ты живешь в этом доме. Мы с тобой любим друг друга. Господи, у нас же двое детей! Роджер… а ты, часом, не пьян? Может, ты принимаешь наркотики? – В отчаянии я ухватилась за эту мысль, как утопающий за соломинку. – Ну да, конечно. Тебе плохо?

  3