ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Семейные узы

История не плохая. Но написано нудненько- одна и та же мысль муссируется в трёх абзацах хоть и разными (а иногда... >>>>>

Позови меня

Нудно, дочитала по диагонали. >>>>>




Loading...
  1  

Кэти Максвелл

Обретенный рай

Глава I

Дейнскорт, Англия

Октябрь 1811 г.

Она задумчиво стояла в дверях. Лучи осеннего солнца, проникающего в комнату сквозь стрельчатые окна Дейнскорта, отчетливо высвечивали изгибы ее фигуры, подчеркивая великолепие ее неповторимых темных волос. Питер Джемисон осознал в эту секунду, насколько сильно он ее любит. Открытие поразило его! Даже в старом поношенном платье леди Джулия Маркхем выглядела необыкновенно грациозной и держалась как герцогиня. Она показалась Питеру неземной.

Но взору предстала не та Джулия, которая жила в его памяти. В глубине ее бездонных голубых глаз мерцали тени пережитых невзгод. Это была уже не наивная девушка, а зрелая, умудренная жизненным опытом женщина. Женщина потрясающей красоты.

Питер поднялся из еще прочного, но уже довольно потрепанного кресла. Лицо расплылось в улыбке. На долю секунды он, не сдержавшись, остановил взгляд на запястьях девушки, стараясь различить побледневшие шрамы. Вот они! Значит, слухи не лгали. Джулия действительно пыталась свести счеты с жизнью.

Острое чувство вины за причастность к событию, из-за которого ее безжалостно изгнали из высшего света, пронзило его. Улыбка становилась все более неестественной и натянутой, но Питер продолжал удерживать ее на лице. Его глаза заскользили по потолку и стенам, старательно избегая взгляда леди, затем изучающе остановились на выцветших обоях за спиной девушки. Когда-то на этом месте находился портрет одного из предков Маркхемов. Но картина была давным-давно продана, чтобы оплатить многочисленные долги Маркхемов, ныне здравствующих.

Резкий голос матери Джулии прервал размышления Питера.

— Итак, Джулия, не стой в дверях. Зачем зря тратить время. Я не собираюсь задерживаться в этой глуши ни одной лишней минуты. Входи же. И дай на тебя посмотреть. Когда же это было, а? Три года тому назад? — Кокетливо указав унизанной кольцами рукой в сторону Питера, леди Луиза Маркхем добавила: — Надеюсь, ты помнишь Питера Джеми-сона, лорда Карберри?

Питер заставил себя посмотреть на Джулию. С момента появления девушки на пороге дома ни один из родителей не только не протянул ей руку, но даже не удостоил ее взглядом. Прием, оказанный молодой леди в комнате, был более прохладным, чем осенний ветер, спустившийся вниз с вершины холмов и со свистом разгуливающий по дому, заметил про себя Питер. И, вздохнув от холода, подумал, что неплохо бы разжечь в камине гостиной небольшой огонь. Однако вслух не вымолвил ни слова. Как и все остальные, он хорошо знал, что Маркхемы были разорены. Да и он сам начал уже кое-что понимать в жизни, особенно если о ней заставляют задуматься финансовые затруднения.

Джулия стояла в нерешительности. Она поняла, что лорда Роджера Маркхема больше интересовал скромный выбор бисквитов, широко разложенных на блюде и поданных к чаю, чем собственная дочь. Кончики ее пальцев, прижатых к дверной ручке, слегка дрожали. Внезапно Питер понял, сколько мужества и душевных сил потребовалось Джулии, чтобы вновь встретиться лицом к лицу с этими беззаботными и равнодушными людьми, которые были ее родителями.

Помощь пришла к ней с неожиданной стороны. Легкий звон фарфоровой посуды заставил Джулию переключить внимание с родителей на Честера Била, слугу Маркхемов. Сколько Питер знал их, столько Честер служил в их семье (а это ни много ни мало, более двадцати лет). И уже тогда, насколько Джемисон помнит Честера, тот был в преклонных годах.

Между Джулией и Честером, который безмолвно стоял, готовый в любой момент услужить хозяину и хозяйке, сразу же, почти неуловимо, установилось взаимопонимание. Присутствие старика помогло ей собраться с силами. Она мгновенно преобразилась. Подбородок горделиво поднялся вверх, глаза оживились — и вместо нерешительной провинциальной особы появилась уверенная в себе женщина, у ног которой когда-то лежал весь Лондон.

Грациозной поступью Джулия шагнула в гостиную, вытянув вперед руку.

— Конечно, я помню Питера. Как поживает Арабелла? Я с удовольствием прочла сообщение о вашей свадьбе.

Питер взял радушно протянутую руку и с удивлением ощутил шероховатую поверхность ладони, покрытой мозолями. Арабелла никогда не довела бы свои руки до подобного состояния, подумал он. Да и Джулия Маркхем, которую он знал раньше, не опустилась бы до этого. Та, прежняя Джулия обязательно бы поняла, что и он, и Арабелла официально прекратили с ней знакомство, не прислав приглашение на свадьбу и не ответив на вежливое поздравление с наилучшими пожеланиями.

  1