ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Лукоморье. Каникулы боевого мага

Это на мой взгляд лучшая книга серии, много интересных и забавных ситуаций и моментов, м замечательные персонажи,... >>>>>




Loading...
  1  

Нацуо Кирино

Реальный мир


Глава 1

Посвящается Нинна Хори

Предостережение о фотохимическом смоге прозвучало в тот момент, когда я подводила брови. Меня оно ничуть не удивило, так как с наступлением летних каникул его повторяли почти каждый день.

– Прошу внимания! Только что получено предупреждение о загрязнении воздуха фотохимическим смогом, – раздался медленный женский голос, вслед за которым завопила сирена, напоминающая жалобный вой динозавра. Предупреждения в основном звучали в первой половине дня, когда я отправлялась в школу, но на них уже никто не обращал внимания.

Ах, опять то же самое! Каждый раз, когда начинала выть сирена, я с раздражением думала: куда же они сумели спрятать эти чертовы громкоговорители?!.

Я живу в густонаселенном квартале на окраине района Сугинами в Токио. Раньше здесь было тихо и спокойно, но затем старые дома снесли, и на их месте появились небольшие коттеджи и многоквартирные дома. Я еще помню те времена, когда здесь были сады со сливовыми деревьями и поля фермеров, а сейчас на их месте построили хотя и красивые, но очень маленькие домики, которые для рекламы назвали привлекательными иностранными словами – что-то вроде таунхаусов. В них поселились благополучные семьи, и можно было наблюдать, как по выходным они выгуливают своих собак или разъезжают в дорогих иностранных автомобилях. Однако проложенные между домами асфальтированные дороги настолько узки, что я постоянно слышала, как одна семья, живущая через два дома от нас, мучилась, паркуя свой «бенц», и в конце концов была вынуждена от него избавиться…

Сирена продолжала периодически завывать, и вдруг я услышала громкий звук из соседнего дома, как будто что-то разбилось. Дома здесь расположены так близко, что, открыв окно, можно услышать, как ссорятся супруги-соседи или звонит телефон. «Наверное, кто-то разбил стекло», – подумала я.

Семь лет назад мальчишка из дома напротив расколотил футбольным мячом окно в комнате нашего дома – в той, где у нас стоит буддистский алтарь. Кажется, этого мальчишку вскоре перевели в другую школу, а футбольный мяч, за которым так никто и не пришел, еще долго валялся в нашем садике. Услышанный мною звук очень походил на звон разбитого окна, однако это было довольно странно, так как у соседей не было маленьких детей. У меня появилось какое-то тревожное чувство. Может, к ним залез вор и произошла кража со взломом?!

Мое сердце учащенно забилось, и я напрягла слух. Однако больше ничего не было слышно, наступила полная тишина.

Соседи переехали сюда в позапрошлом году, но мы с ними почти не общались. Когда надо было передать им бюллетень квартального комитета, я нажимала на кнопку домофона, и ко мне выходила женщина с приветливой улыбкой на лице. Я знала, что там живет супружеская пара с сыном – моим ровесником. Иногда я видела, как соседка подметала улицу перед калиткой. Она носила очки в серебряной оправе и пользовалась ярко-красной губной помадой, которая, наверное, оставляла следы на чайной посуде. Без очков и губной помады я ее, скорее всего, даже бы и не узнала. Однажды, увидев меня в школьной форме, она спросила:

– Девочка, ты учишься в старших классах средней школы?

А когда я ответила утвердительно, добавила:

– Наш сын тоже. – Назвав известную школу, она радостно улыбнулась.

Когда я рассказала об этом матери, она состроила недовольную гримасу. Соседка определенно кичилась своим сыном, и моя мать, наверное, подумала, что она хотела унизить нас, так как я училась в обычной женской частной школе. Мне же показалось, что это простая, наивная женщина, и я даже посочувствовала ее сыну, который, возможно, стыдится такой недалекой матери…

Ее сынок был долговязым, сутулым парнем с маленькими печальными глазами. Мне он напоминал червяка. Ходил он медленно, склонив голову набок, в его походке и во всем внешнем облике не было ни капли энергичности. Случайно столкнувшись со мной на станции, он, избегая моего взгляда, всегда ретировался в тень ближайшего здания, как будто в темноте можно отгородиться от всего, что происходит в мире. В этом он был точной копией своего отца, кажется, служащего какой-то фирмы, который вел себя так, будто меня не существует. Однажды я вышла за вечерней газетой, а он как раз возвращался домой. Когда я с ним поздоровалась, он отвел глаза и сделал вид, что никого не видит.

  1