ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Выбор Ричарда Сеймура

Читая повторно я поняла, что разочарована. Люди не меняются и тем более коллективно, в таком темпе. А героиня... >>>>>

Тринадцатая невеста

Замечательная, добрая сказка про Золушку в стиле фэнтези. Читала два раза. Великолепно подходит для тех, кто хочет... >>>>>




Loading...
  2  

Только слегка отдышавшись и преодолев жуткую резь, мгновенно возникшую не только в как будто объятых огнем, кровоточащих ладонях, но и в разъедаемой солью от слез слизистой век, моррон смог открыть глаза и осознать, на какой тонюсенький волосок он был близок от рокового увечья, а быть может, и от наиглупейшей смерти. Всего в пол-ладони от его обильно покрытого каплями пота лица возвышался камень с очень острыми выступами. Пролети он еще немного, то выколол бы себе глаза, а возможно, и разбил бы голову.

Дарк не сомневался, что оказывающие ему покровительство Коллективный Разум да Великий Горн помогли бы как можно быстрее залечить серьезные раны, но поскольку возможности обоих высших существ в захваченном кланом Мартел подземелье были весьма ограниченны, то на быстрое восстановление или даже воскрешение можно было не рассчитывать. Потеря времени, пусть даже нескольких дней, свела бы все его старания на нет и непременно привела бы к провалу миссии. Пока он, беспомощный, лежал бы среди камней, враги бы догадались, куда и, главное, каким способом он подевался из Аргахара, и не поленились бы провести крупномасштабную поисковую операцию как в окрестностях Марфаро, так и вблизи других захваченных ими городов подземного народа. Говоря проще, разлеживаться было некогда, ведь счет велся буквально на часы. Вряд ли дюжина махаканских воинов под руководством Румбиро Альто смогла бы удержать заброшенный храм хотя бы час, а значит, полученная им фора не превышала двух, от силы трех часов.

Нехватка времени частенько побуждает людей к совершению глупостей, о которых впоследствии приходится горько жалеть. Желание наверстать упущенное и как можно скорее завершить начатое настолько крепко овладевает разумом, что человек превращается в лошадь с шорами на глазах и не видит ничего, кроме прямого пути к цели, а ведь беда, как известно, редко смотрит жертве в лицо, предпочитая наносить коварные удары со сторон иль со спины. Прекрасно зная об этом, Дарк не спешил подниматься на ноги и сразу же неразумно шагать навстречу новым неприятностям, а вместо этого устроил небольшой привал.

Первым делом подслеповатый, плачущий, как дитя, моррон скинул с плеч котомку и отполз к более-менее ровным камням, где и уселся, широко расставив ободранные на коленях ноги. К счастью, ладони пострадали меньше, поэтому Дарк смог протереть руками слезящиеся глаза, испытывая лишь небольшой дискомфорт при движении пальцами, но никак не боль. Как только жгучая резь прекратилась и взор стал по-прежнему ясен, Аламез огляделся по сторонам.

Магическое свечение, все еще пребывавшее над головой моррона в виде изрядно потускневшего зеленого облака, перенесло его в небольшую пещеру, весьма походившую на просторную нору, в которой ранее, как минимум года два-три назад, обитал грозный хищник весьма солидных размеров. Пожелтевшие обгрызенные обломки костей каких-то крупных животных, а возможно, и гномов, валялись среди камней в хаотичном беспорядке, ничуть не вызывая тревоги в сердце случайного посетителя, а, наоборот, успокаивая. Грязно-серо-желтый цвет и далеко не съедобный вид медленно разлагающихся костяных волокон были лучшими свидетелями того, что уже долгие годы в этом укромном закутке никто не трапезничал. Не важно, умер ли пещерный хищник от старости, случайно свалился ли в пропасть или его последняя охота закончилась неудачно. Зверь давно не возвращался в свое логово, а вот его запах, наоборот, все никак не мог выветриться из плохо проветриваемого закутка, отпугивая от норы других обитателей подземелья. Только грибкам, плесени и прочим простейшим организмам, обильно покрывавшим сырые стены, был нипочем ни вид костей, покоившихся среди камней, ни специфический аромат – грозное напоминание о бывшем хозяине.

Выход из норы имелся, причем невдалеке от Дарка, однако поскольку неровный овал дыры находился в небольшом углублении чуть ниже уровня пещеры, да и уже изрядно зарос какой-то неприхотливой растительностью, моррон не мог рассмотреть, что творится снаружи. К счастью, его самого также никто не имел возможности ни почуять, ни увидеть. Видимо, именно поэтому Великий Горн перенес его и бочонки с герканскими разведчиками именно сюда; в место хоть и неприятное во всех отношениях, но вполне безопасное.

Своеобразные винные узилища, как ни странно, не разбились и даже не дали течь, хоть явно упали с той же высоты, что и Аламез. Махаканцы умели делать вещи, а уж к вопросам сохранности драгоценной бодрящей, утоляющей жажду и поднимающей настроение влаги подходили со всей своей основательностью и серьезностью. Одна бочка лежала на боку, вторая стояла рядышком, прямо посреди кучи костей. И хоть на их досках виднелось множество довольно крупных царапин, ни из одной вино наружу не вытекало.

  2