ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Четвертый год

На 8 странице устала - ничего не понятно - кто, откуда...выбрала самую раннюю книгу из серии по году, но не помогло... >>>>>

Все цвета счастья

Замечательный роман! Главный герой наконец - то не самовлюблённый болван, деспот и мачо, а чуткий и внимательный... >>>>>




Loading...
  98  

г) Типические сновидения.

Вообще говоря, мы не можем истолковать сновидение другого человека, если он не желает выяснить нам бессознательные мысли, скрывающиеся позади сновидения; это наносит тяжелый ущерб практическому применению нашего метода толкования сновидений. Однако в противоположность свободной воле индивидуума создавать оригинальные сновидения и тем самым делать их недоступными пониманию других, существует довольно значительное количество сновидений, испытываемых почти каждым в совершенно одинаковой форме; мы привыкли предполагать даже, что они у каждого человека имеют одинаковое значение. Особенно интересны эти типические сновидения тем, что они, по всей вероятности, проистекают у всех людей из одинаковых источников, то есть, по-видимому, чрезвычайно пригодны для выяснения характера этих источников.

Мы примемся, таким образом, с особыми ожиданиями за приложение нашей техники толкования сновидений к этим типическим сновидениям и признаем лишь весьма неохотно, что наше искусство не совсем подтверждается на этом материале. При толковании типических сновидений отсутствуют обычно свободные мысли сновидящего, которые приводили нас раньше к пониманию сновидения, или же они становятся неясны и недостаточны, так что мы не можем разрешить нашей задачи с их помощью.

Откуда проистекает это и каким образом мы устраняем этот недостаток нашей техники, выяснится в другом месте нашей работы. Тогда же читателю станет ясно также и то, почему я могу обсуждать здесь лишь некоторые сновидения, относящиеся к группе типических, и почему я откладываю обсуждение других образцов типических сновидений.


а) Сновидение о наготе.

Сновидение о том, что человек, голый или дурно одетый, разгуливает в присутствии других, наблюдается и без всякого сопутствующего чувства стыдливости. Однако сновидение о наготе интересует нас лишь в том случае, когда вместе с тем субъект ощущает стыд и смущение и хочет убежать или спрятаться и вместе с тем испытывает своеобразное чувство связанности: он не может двинуться с места или изменить неприятную ситуацию. Лишь в этом смысле сновидение типично: ядро содержания его может представлять самые различные вариации и индивидуальные особенности. Речь идет, главным образом о неприятном ощущении стыда, о том, что субъект хочет скрыть, в большинстве случаев путем бегства, свою наготу, но не может.[60] Я думаю, что большинство моих читателей находились уже в таком положении в сновидении.

Характер «неглиже» обычно чрезвычайно неопределенен. Хотя и слышишь часто – «Я был в сорочке» – но это очень редко снится в отчетливом виде; большая часть «неглиже» настолько смутна, что она передается в последующем рассказе в альтернативе: «Я была либо в сорочке, либо в нижней юбке». Дефекты туалета обычно не настолько существенны, чтобы оправдать довольно интенсивное чувство стыда. Для того, кто носит офицерский мундир, нагота чаще заменяется незначительным нарушением формы. Я иду по улице без шапки и вижу офицера… или без галстука… или на мне полосатые брюки.

Люди, которых стыдится спящий, по большей части всегда чужие, с неясными, расплывчатыми лицами. Никогда в этих типических сновидениях не наблюдается, что дефекты туалета, вызывающие такого рода стыдливое чувство, замечаются кем-либо или влекут за собою какие-нибудь последствия. Люди делают, наоборот, совершенно безразличные физиономии или, как я подметил в одном чрезвычайно отчетливом сновидении, носят как бы торжественно-чопорные маски. Это наводит на размышление.[61]

Чувство стыдливости у спящего и безразличие встречаемых людей образуют противоречие, часто вообще проявляющееся в сновидении. Ощущению спящего должно было бы соответствовать удивление, осмеяние или даже возмущение со стороны окружающих. Я полагаю, однако, что эта необходимая особенность устраняется осуществлением желания, между тем как другая, сдерживаемая какой-то силой, продолжает оставаться, – и обе они не гармонируют друг с другом. У нас имеется одно интересное доказательство того, что сновидение в своей частично искаженной осуществлением желания форме не встречает правильного понимания. Это сновидение послужило основой одной сказки, известной в изложении Андерсена («Новое платье короля»), и было поэтически использовано Л. Фульдой в «Талисмане». В сказке Андерсена рассказывается о двух обманщиках, которые соткали для короля драгоценное платье, видимое, однако, лишь добрым и верным подданным. Король выходит на улицу в этом невидимом платье, и, преисполненные магическою силою, все делают вид, будто не замечают наготы короля.


60

Следует напомнить, что не только дефект одежды может быть символическим выражением наготы, но и сама по себе нагота может быть символом чего-либо иного. В европейской культуре нагота чаще всего символически выражает бедность, свободу, непорочность.

Наиболее проста ассоциация между наготой и бедностью («С миру по нитке – голому рубашка»; «Нагим я вышел из чрева матери моей, нагим возвращусь», – говорит впавший в нищету Иов).

Связь между наготой и свободой более сложна и идет от противоположности: одежда часто причиняет неудобства, стесняет нас (необходимость соблюдать традиции в известных случаях и надевать при этом строгий костюм, невзирая на летнюю жару).

Строгие традиции в отношении одежды были совершенно обязательны во времена 3. Фрейда, и явное нарушение их могло выражать стремление к освобождению. В конечном счете эксгибиционистский акт ребенка (и еще в большей степени взрослого) – своеобразная форма протеста против запретов, налагаемых родителями и обществом. В этом отношении эксгибиционизм – «самое социальное» половое извращение. Нагота была одной из форм молодежного протеста в 60-е годы на Западе. Сегодняшнее увлечение эрпти кой в нашей стране имеет четкий компонент социальности, «преодоления запрета», «освобождения».

И наконец, символическое значение наготы – непорочность – выглядит отнюдь не парадоксом, если вспомнить Библию: стремление скрыть наготу пришло вместе с грехом. Святая Мария Египетская, подвизавшаяся в пустыне, как Ева в раю, была совершенно обнаженной, ибо полностью освободилась от греха (здесь совпадают символы «освобождения» и «непорочности»).

61

Дефект туалета может также символически выражать дефект тела. В отличие от дефекта тела, небрежность в одежде – вещь легко поправимая, и поэтому подобное замещение всегда желательно для видящего сон.

Иллюстрацией может послужить весьма почтенный по возрасту анекдот: женщина делает замечание мужчине, что его смокинг «безобразно измят и грязен». Мужчина отвечает женщине, что она сама «безобразна», и напоминает, что смокинг он завтра сменит (чего не сможет сделать женщина со своим лицом).

Подобный мотив нами часто регистрировался в сновидениях лиц с грубыми физическими дефектами. Принцип осуществления желания в этих сновидениях можно сформулировать так: «Мой дефект легко устраним, к тому же окружающие его не замечают». Подобные наблюдения соответствуют теоретической концепции А. Адлера.

  98