ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Ночь на острове любви

Прочитала все истории про братьев, очень интересно >>>>>

Сны и желания

Можно почитать. >>>>>



загрузка...


  1  

Ирина Щеглова

На зависть королеве

Глава 1

Тайны Французского двора

Меня зовут Диана. Так уж вышло. Маме всегда нравилось это имя, и она решила: если у нее будет дочь, то только Диана – и все!

Я не имею ничего против. Но обычно представляюсь просто: Дина. Друзья зовут меня Динкой.

Когда я была маленькой, домашние в шутку называли меня леди Ди, а я еще плохо говорила и потому произносила это так: Ди-ди. Бабушка называет меня Даночкой; мама и папа – Дианой.

Диной меня назвала Марина.

Марина была моей лучшей подругой с тех пор, как я перевелась в новую школу, то есть с шестого класса.

Когда я впервые пришла в свой класс, учительница, видимо, не знала, как меня зовут. Но вошла Маринка, подала ей журнал и что-то шепнула на ухо. Классная кивнула и представила меня: «Познакомьтесь, ребята. Это – Дина». Я поправила ее: «Диана». Классная смутилась, посмотрела в журнал, потом на меня:

– Ах, да, извини, пожалуйста, Диана.

С тех пор и пошла эта путаница.

«Дина короче и проще, – уверяла меня Маринка, – а Диана это уж как-то слишком!»

Мама сказала, что Дина и Диана совершенно разные имена и что такое сокращение не совсем верно. Но я привыкла.

В новом классе я оказалась чуть ли не самой высокой. Маринка же была пухленькая белокурая девочка, пониже меня, с короткой стрижкой, спокойная и умненькая. Целых три года мы были просто идеальными подругами! Повсюду вместе: в школе – за одной партой, в выходные – на даче. Мы расставались только во время летних каникул.

А потом что-то произошло. Я не сразу обратила внимание.

Хотя у Маринки и раньше была такая манера: задирать нос. Наверное, из-за этого ее считали гордячкой. Со мной она была другой, мы всегда были на равных.

Но потом я с удивлением стала замечать: стоило мне высказать свое мнение, сказать что-то важное, и Маринка смотрела на меня надменно и вздергивала подбородок. Интересно, когда же я впервые это заметила? Недавно…

Да, точно, в прошлом году она так не выставлялась!

В девятом классе Маринка сильно вытянулась, похудела и возомнила себя необыкновенной красавицей.

Она так и говорила, вертясь перед зеркалом:

– Гляди, у меня все идеально, – она вытягивала шею, изгибалась и посматривала на мое отражение, маячившее за ее спиной. – Подойди, – она хватала меня, ставила рядом с собой и улыбалась покровительственно, – вот, видишь. Все познается в сравнении.

А я, как назло, поправилась и рядом с ней казалась себе смешной кубышкой.

– Да, – вздыхала я, – действительно, ты – очень хорошенькая.

Она стала носить умопомрачительно короткие юбки, а я от них отказалась. Она отрастила волосы, и они легкими белыми локонами лежали у нее на плечах. Мои же, густые и тяжелые, приходилось собирать каждый день в тугую косу, да еще и закалывать, чтоб непослушные пряди не лезли в глаза.

Но мы дружили по-прежнему. И с чего бы нам ссориться? Ведь никто не виноват в том, что Маринка стала выше меня на голову.

Ну, задается она немного, и что? Зато она очень добрая и абсолютно бесстрашная. Никогда не боялась мальчишек. Если на улице видела, как большие обижают тех, кто помладше или слабее, она вступалась не раздумывая. Прогоняла обидчиков, а для пострадавшего у нее всегда находился чистый платок и доброе слово.

Однажды она пришла к нам с маленьким ежиком, которого отобрала у мальчишек. Несчастный был так измучен, что нам показалось, будто он плачет. Мы как раз собирались на дачу. Выпустили страдальца по дороге в лес. А он забился под машину и никак не хотел вылезать. Маринка и тут не растерялась, она просто легла на живот и заползла под днище, вытащила ёжика и отнесла его подальше от дороги.

Потом мама, которая вечно выхаживает брошенных котят и другую живность, часто вспоминала этот Маринкин поступок, даже ставила Маринку в пример.

Короче говоря, моим родителям Маринка нравилась. Наша дружба всячески поощрялась, хотя с семьей Маринки мои родители так и не сошлись. Не знаю почему. Может, интересы не совпадали…

Как любит говорить моя мама: «У всех свои странности…» У Маринки, например, был такой пунктик: как-то она заявила, что в ее жилах течет княжеская кровь.

– Ты разве не знаешь? – удивилась она. – Наш род идет от бояр Шуйских!

– По какой линии? – довольно глупо спросила я.

– По линии отца конечно! – и она гордо вздернула подбородок.

Вообще-то, Маринкина фамилия – Шуйцева.

  1