ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Будь моей

Очень хороший раман ,прочитала на одном дыхание >>>>>

Будь моей

Очень хороший раман ,прочитала на одном дыхание >>>>>



загрузка...


  91  

— Ага, разбежался, сейчас, — злорадно бормотал Ард себе под нос, быстро привязывая галстук к ручке отворенной наружу рамы, о таким расчетом, чтоб, ухватясь за него, другой рукой дотянуться до убегающей к земле пожарной лестницы. — Галстуки он запретил! А ворот я чем держать буду? Твоим указом, что ли? Галстук, он вещь полезная. Вот меня б еще только выдержали.

Андрей Щупов

ЦЕНТУРИЯ

Маленькая повесть

— Я хочу знать, чем это грозит! — упрямо повторил генерал. — Что это будет!.. Египетские храмы? Стада мамонтов или саблезубых тигров? — Он стоял, набычившись, возле большого глобуса и тусклым взглядом всматривался в обманчиво-благополучное многоцветие континентов.

Старший офицер подошел ближе.

— Пока мы можем только предполагать. Никто не подозревал, что вокруг Земли окажется столь мощный экранный слой. Вы ведь знаете: нашей целью была Луна и ничто другое. Но отраженная часть бинарного излучения попала в своеобразную ловушку. Основной поток пробил октосферу и ушел к Луне, произведя расчетные разрушения, малая же его часть возвращается к Земле…

— Меня интересует временной диапазон лунных разрушений! — раздраженно перебил генерал. — Нужен оперативный анализ пород, пыли… Словом, мы обязаны знать, в какое из наших столетий вторгнется этот отраженный пучок.

— Боюсь, — осторожно начал офицер, — мы не успеем выяснить это своевременно. Чтобы добраться до границы каскадного кратера, луноходам понадобится…

— Я прекрасно представляю себе, сколько им понадобится! Но у нас нет времени! Каскад вот-вот ударит по Земле, если уже не ударил. Первый его залп вырвет порядочный кусок материи из нашего прошлого, а дальше? С чем нам придется иметь дело?

— Смею заметить, до сих пор нас это не очень интересовало… Вырванная материя уносилась в бесконечность, и этого было достаточно. Поэтому данные экспертов — весьма приблизительны… Расчеты здесь, — офицер коснулся голубоватой папки.

Хрипло дыша, центурион вогнал меч по рукоять в землю и рывком выдернул. Лезвие вновь сияло. Кровь чудовища, зловонная, черная, осталась внизу, меж жирных земляных пластов, нашпигованных червями и личинками. Вложив оружие в ножны, он обернулся.

Восемьдесят с небольшим человек — все, что осталось от его центурии. Все они стояли сейчас перед ним в перепачканных доспехах, с потемневшими лицами, пряча от него глубоко запавшие глаза. По-прежнему они оставались легионерами, лучшими легионерами претория, но этот день изменил их, вторгся ударом в их души. Сегодня впервые они чуть было не побежали. Гвардия… Воины, не знавшие децимаций, позора поражений. Он остановил их только чудом. Остановил, потому что возненавидел в ту роковую минуту самого себя, затрепетавшего от ужаса, готового отступить, прикрыть голову щитом, чтобы не видеть ничего и не слышать. Лишь униженная гордость была способна породить ту необыкновенную ярость, что распрямила его, стянула тетивой мускулы и швырнула на чудовище.

…Им не удалось зарубить его. Оружие со звоном отскакивало от панциря, оставляя безобидные царапины. Гигантская клешнястая тварь продолжала ворочаться и рычать, вгрызаться в почву, отбрасывая от себя легионеров, обдавая их смердящим прогорклым дыханием. Окриками центурион подстегивал воинов, заставлял их вновь и вновь бросаться на зверя. И, прорвавшись наконец вплотную к темным набрякшим жилам, выпирающим у животного наружу, они врезали их взмахами мечей. Сотрясаемый чудовищным рыком воздух огласился победными криками людей.

Потом, отступив в сторону, они смотрели, как содрогалось в агонии чудовище, как сильными тяжелыми струями билась о землю густая кровь. Черная кровь! И это подействовало на них сильнее, чем весь пережитой бой. Все гуще вокруг панцирного исполина курился удушливый дым. Кашляя, воины отходили шаг за шагом. Где-то внутри зверя неожиданно блеснуло пламя, разгораясь, сбежало на землю и здесь, толкнувшись, о ревом взметнулось над судорожно вздетой клешней.

Проведя рукой по лицу, центурион взглянул на ладонь. Кожу покрывало черное, сажистое, зловеще прочертившее линии судьбы. Присев на корточки, он вытер ладонь о траву и, оглянувшись, встретился взглядом с Фастом. Советник стоял рядом, и вряд ли кто-нибудь мог их сейчас услышать.

— Что скажешь, Фаст?

На узком, чуть тронутом копотью лице советника не дрогнул ни один мускул. Центурион не помнил случая, чтобы кто-то застал советника врасплох с вопросом, Фаст реагировал мгновенно.

  91  

Загрузка...