141
– Ладно, прости. Я пытался быть тебе другом.
– Только другом? Я так не думаю, – заявил Дин. – Я считаю, что ты предавался фантазиям. Ты обманывал себя, представляя, что между тобой и Пэрис завяжется роман. Ты ревнуешь ее ко всем мужчинам, которые проявляют к ней интерес, даже платонический.
– Откуда вам известно, что у Марвина платонический интерес?
– Он сам об этом сказал.
– Вот как? Значит, ему вы верите, а мне нет? Верите уборщику, живущему под чужим именем? – Стэн презрительно фыркнул. – Это вы бредите, доктор.
Он направился к двери, но следующие слова Дина пригвоздили его к месту.
– Чувство собственности может быть очень сильным мотивом.
Стэн мгновенно обернулся:
– Для чего?
– Скажем, для того, чтобы создать вокруг Пэрис некрасивую ситуацию, в которой она одна окажется виноватой. Появится риск, что она потеряет работу. Ее жизни будут угрожать. Мне продолжать?
– Вы говорите об этом Валентино и его звонках? – сердито поинтересовался Стэн. – Пэрис сама во всем виновата.
– Понимаю. Значит, это по ее вине Валентино похитил и убил семнадцатилетнюю девушку? – спросил Дин.
– Девушку, которая сама напрашивалась на неприятности, – презрительно пожал плечами Криншоу.
С обманчивым спокойствием Дин присел на угол стола.
– Ты вообще очень низкого мнения о женщинах?
– Я этого не говорил.
– Нет, ты не заявлял об этом прямо, но я чувствую, что в глубине души ты настроен против слабого пола. Это как заноза. Она тебя беспокоит, но избавиться ты от нее не можешь.
– Нет уж! – Криншоу помахал пальцем перед носом у Дина. – Оставьте эти ваши психологические заклинания. Со мной все в полном порядке.
От гнева на скулах Дина заходили желваки, но голос звучал по-прежнему невозмутимо.
– Значит, я должен поверить, что твои отношения с женщинами всегда были абсолютно нормальными и никаких проблем у тебя с этим не было?
– Какой мужчина может этим похвастаться? Как насчет тебя самого, Мэллой? – Стэн забыл о вежливости. Он быстро взглянул на Пэрис. – Думаю, у тебя у самого имеются проблемы.
– Ты не Дин, – спокойно ответила ему Пэрис. – На него нет досье в полиции.
Насмешливая дерзость Стэна лопнула, словно мыльный пузырь.
– Ты рассказала ему об обвинении в сексуальном домогательстве?
Дин тут же повернулся к ней:
– О чем?
– На прежнем месте работы женщина обвинила Стэна в сексуальном домогательстве.
Дин посмотрел на нее так, будто не мог поверить, что она не поделилась с ним такой информацией раньше. Пэрис поняла, что поступила неправильно. Наверное, ей стоило рассказать Дину о родителях Стэна и о жестокости его Дяди.
Но Дин уже снова смотрел на Криншоу.
– Судя по всему, тебе не везло с женщинами, Стэн.
– Мэгги была офисной шлюхой! – воскликнул он. – Она переспала со всеми мужиками, работающими на студии. Мэгги Райт делала минет под столом ведущему программы новостей прямо во время выпуска. Она приставала ко мне, заводила, а когда я захотел, повела себя как непорочная весталка.
– Почему?
– Потому что мисс Райт была очень жадной. Она увидела в этом возможность прикарманить часть денег моей семьи. Мэгги так разорялась, что дяде пришлось заплатить ей, чтобы она заткнулась и исчезла.
Дин обдумал полученную информацию и продолжал:
– Давай вернемся к тому моменту, когда ты «захотел».
– Погоди-ка, почему это я должен отвечать на твои вопросы? – попытался изобразить возмущение Стэн.
– Потому что я полицейский.
– Или потому что ты сам залез Пэрис под юбку. Глаза Дина гневно сузились.
– Видишь ли, если ты не ответишь на мои вопросы, я отвезу тебя в участок и буду держать там до тех пор, пока ты не разговоришься. Вне протокола добавлю следующее: если ты еще хоть раз заговоришь о Пэрис в подобном тоне, то я вытащу тебя на улицу и размажу твое хорошенькое личико об асфальт.
– Ты мне угрожаешь?
– Угрожаю. А теперь прекрати увиливать и расскажи то, что я хочу знать.
Дин, надо заметить, вел себя не совсем обычно. Он не говорил со Стэном в той спокойной доверительной манере, с которой он всегда общался с подозреваемыми. Но на Криншоу скорее всего это бы и не подействовало. Дин догадывался, что здесь уместнее жесткое давление.
Стэн ожег его яростным взглядом, таким же убийственным взглядом наградил Пэрис, но потом уверенно скрестил руки на груди, словно пытаясь защитить себя.
141
Красавчик Казанова влюбился в невинную бедную девушку...а-ся-сяй любов с первой страницы и до последней.
Оскомина...
окончание них о чем