ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Испытание любви

Дочитала... Наши гл.герои явно нуждаются в услугах психологов, это как минимум! Если всё это в понятии автора... >>>>>

Озеро грез

Давно уже книга не задевала так сильно... Прочла на одном дыхании! Обычно всю "мистическую дребедень" прохожу... >>>>>




Loading...
  2  

— Нет… — пробормотал себе под нос Джейк, допивая вино и ставя бокал на ближайший стол. Она меня не интересует.

Мерседес Алколар могла быть самой красивой женщиной, какую он когда-либо видел, но если она хоть в чем-то похожа на отца, то от нее можно ждать лишь одних неприятностей.

Джейк пошел было к двери, но в последний момент оглянулся. Ищущий взгляд встретился в упор со взглядом больших, цвета темного шоколада глазах Мерседес Алколар.

Мгновение они смотрели друг другу в глаза.

Он не мог отвести взгляда, и она, казалось, тоже.

Сейчас она выглядела как испуганный олененок, замерший от тревожного звука, и пристально, не мигая, смотрела прямо на него.

Но вот она моргнула, и выражение ее лица сразу изменилось. Изумление пропало — испарилось, будто солнце рассеяло туман, и на лице появилось совершенно другое выражение. Ее красивые, выразительные черты лица замерли — теперь ее лицо напоминало высокомерную маску. Она поджала чувственные губы, и они превратились в тонкую линию, изящный подбородок поднялся вверх.

Мерседес вдруг посмотрела на него свысока, вздернув свой аристократический, прямой носик.

Даже сияющие карие глаза, казалось, стали стеклянными и ледяными, холодными и чужими, как камни на дне моря в морозный зимний день.

Мерседес Алколар, может, и самая красивая женщина из встреченных им, но сейчас она кажется самой холодной и надменной представительницей слабого пола.

И кто ты такой? — говорил ее взгляд. Как ты смеешь даже смотреть в мою сторону?!

Ее отец показался Джейку таким же. Это было на встрече с журналистами в громадном отеле Мадрида, где они оба случайно оказались. Хуана Алколара раздражил вопрос дотошного журналиста — он взглянул на того с таким же надменным выражением лица, потом отвернулся и ушел, не произнеся более ни слова.

А кто ты такая, сеньорита Алколар, чтобы смотреть на меня свысока? — мысленно спросил он испанку. Разве ты не знаешь, что феодализм в Англии закончился много веков назад? Может, в Испании ты и аристократка, но здесь, в Лондоне, — обычный человек.

Джейк нарочито внимательно осмотрел ее снова с головы до ног, потом отвел взгляд, будто совершенно ею не интересуясь. Резко повернулся на каблуках и быстро вышел. Краткая — двадцать шагов — прогулка до двери показалась вечностью, но он не позволил себе остановиться, с трудом сдерживая переполняющее его желание обернуться только один раз, чтобы посмотреть, как она восприняла его реакцию.

— О, проклятье! — прошептала Мерседес, разозлившись на себя. — Проклятье, проклятье, проклятье!

Она снова вела себя так нелепо, глупо, как всегда, когда в самый неподходящий момент теряла уверенность и спокойствие, смущалась и чувствовала себя словно рыба, выброшенная на берег.

Она знала, что в такие минуты ее лицо менялось и приобретало выражение надменности, как минуту назад при взгляде на того незнакомого мужчину.

Мерседес знала, какой у нее бывает при этом взгляд. Посмотрев однажды в громадное зеркало над большим камином в гостиной отца, она ужаснулась. Это надменное существо с холодным взглядом в самом деле она? Должно быть, это другая женщина — в том же платье, с той же прической.

Женщина в зеркале казалась невыносимо высокомерной, ужасно гордой и явно решила заморозить любого, кто приблизится к ней.

Впрочем, в реальности происходило почти то же.

Причина заключалась в страхе, который Мерседес испытывала всякий раз, оказавшись в людном месте. И даже на безобидных вечеринках чем больше было приглашенных, тем больше она паниковала.

Сегодня на вечеринке было слишком много приглашенных.

— Все, кто что-то представляет собой, будут там! — объявила Антония, когда они оделись и заблаговременно прихорашивались, толкаясь в крошечной ванной комнате. — Марлон и Хайди устраивают такие необычные вечеринки! Ты встретишься со знаменитостями из мира массмедиа.

Услышав это, Мерседес начала нервничать уже дома.

— Ты же не бросишь меня, Тония? — спросила она, когда такси подъехало к громадному, помпезному входу и слуга, одетый в униформу, открыл дверь. — Ты не оставишь меня одну?

— Конечно, нет! — Ее подруга рассмеялась. — Не беспокойся, мы всласть повеселимся!

Антония, может, и повеселится, подумала Мерседес, пытаясь держаться ближе к подруге, когда та шла по громадным комнатам, наполненным людьми. Один раз Антония остановилась, чтобы представить ее кому-то, но гул разговоров был настолько громким, а люди так быстро передвигались вокруг нее, что Мерседес едва запомнила, с кем разговаривала, не говоря уже об именах.

  2