ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Избранница Теней

Очень похоже на историю Мередит Джентри, принцессу Неблагого двора из книг Лорел Гамильтон. Просто очень сильно,... >>>>>

Эпоха мёртвых. Начало

в третий раз читаю книга огонь никогда бы не подумал что мне понравятся книги такого типа >>>>>




Loading...
  2  

О, Богиня, Хантер, подумала я, наполняясь тоской. Я жаждала его, восхищалась им, доверяла ему и уважала его. Он был высокий, светловолосый, великолепный и имел невероятный английский акцент. Он был сильной, инициированной кровной ведьмой, наполовину Вудбейном, и был сиккером международного совета ведьм. Он был моим муирн-беата-дан – моей родственной душою. Для большинства это значит, что они должны быть всегда вместе. Но я произошла от одного из худших ведьм в викканской истории. Вся моя кровь была навеки заражена. Я была ядом; я разрушила бы все, к чему прикоснулась бы. Я просто не выдержала б, если бы сделала Хантеру больно, не выдержала бы даже мысли, что могу это сделать. Так что я сказала ему, что больше не люблю его. И чтобы он оставил меня в покое.

Собственно, вот почему я сейчас одна, провожу эти дни, сжимая подушку и болея своим одиночеством и несчастьем.

«А что я могу сделать?» – спрашивала я себя. Была суббота, и мой ковен, Китик, как всегда собирался для круга. Скоро наступит один из наших ежегодных саббатов, Имболк, и я знала, что мы будем начинать обсуждать это и готовится праздновать его. Ходить на круг, каждонедельная обязанность, было частью рутины викканской жизни. Это было частью Колеса Года, частью изучения. Я знала, что должна пойти.

Но я знала, что не смогу… не смогу выдержать видеть Хантера. Не смогу выдержать видеть других людей на круге, того, как они будут смотреть на меня: с симпатией, страхом или же недоверием.

– Мяу?

Я посмотрела на своего котенка.

– Дагда, – сказала я, поднимая его. – Ты становишся большим мальчиком. У тебя уже получается большое «мяу». – Я погладила Дагду, чувствуя его громкое мурлыканье.

Если бы я пошла в тот день на круг, я увидела бы Хантера, почувствовала бы на себе его взгляд, услышала бы его голос. Достаточно ли я была сильна, чтобы встретится с этим лицом к лицу? Я так не думала.

– Я не могу пойти, – сказала я Дагде. – И не пойду. Я сделаю круг здесь.

Я поднялась, чувствуя, что этим способом я выполню свое обязательство каждую неделю посещать викканский круг. Может быть, призыв силы уменьшит мою боль. Возможно, это отвлечет меня от Хантера и моей злой природы, хотя бы на чуть-чуть.

Я подошла к задней стенке своего гардероба и вытащила свой алтарь с-под своего банного халата. Насколько я знала, родители еще не обнаружили его. Он состоял с маленького чемоданчика, покрытого фиолетовой тканью, и я использовала его в ритуалах, что проводила дома. Он был спрятан в самом конце моего гардероба, где его не заметят мои родители католики. Они считали плохим уже то, что я вообще занимаюсь виккой, и они были бы на самом деле очень недовольны, если бы узнали, что я держу все эти ведьмовские вещи в их доме.

Я просунула чемоданчик к центру комнаты, выровняв его углы соответственно четырем меткам на компасе. (Я выяснила это неделю назад и запомнила, каким должно быть расположение.) На каждом с четырех углов от чемоданчика я выставила серебряные церемониальные чаши, принадлежавшие моей биологической матери. Как всегда, я смотрела на них с любовью и признательностью. Я никогда не знала Мейв – мне было всего семь месяцев, когда Кьяран убил ее, – но у меня были ее ведьмовские предметы, и они значили для меня все.

В одну чашу я налила свежей воды. В другую, наполовину заполненную песком, я вставила палочку ладана и зажгла ее. Тонкий серый ароматичный дымок символизировал воздух. В еще одной чаше была горсть камней и кристаллов, что символизировало землю. В последней чаше я зажгла толстую красную свечу, для огня. Огонь был моим элементом: я гадала с помощью огня; огонь зажигался по моему желанию.

Я быстро сбросила одежду и надела свою зеленую мантию. Шелк был тонким и вышитым старыми кельтскими знаками, рунами, символами защиты и силы. Мейв одевала ее, когда в Ирландии вела круг своего ковена, Белвикета. А перед ней ее одевала Макенна. И так далее, из поколения в поколение. Я любила надевать ее, зная, что исполняю свою судьбу, чувствуя связь с женщинами, которых никогда не знала. Могла ли доброта Мейв сбалансировать злость Кьярана? Какая половина меня победит?

Пока дым обволакивал меня, покрывая меня своими волшебными вибрациями, я достала предметы моей матери: церемониальный кинжал, атами, и ведьмовскую палочку, длинную, тонкую и украшенную серебряными линиями, вдавленными в темное, старое дерево. Я была готова.

Сначала я нарисовала мелом на полу круг. С мимолетной гордостью я заметила, что мое умение рисовать круг стало намного лучшим. Теперь он был почти идеален. Я ступила в него, закрыла круг и опустилась на колени рядом с алтарем.

  2