ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Ореол смерти («Последняя жертва»)

Немного слабее, чем первая книга, но , все равно, держит в напряжении >>>>>

В мечтах о тебе

Бросила на 20-ой странице.. впервые не осилила клейпас >>>>>

Щедрый любовник

Треть осилила и бросила из-за ненормального поведения г.героя. Отвратительное, самодовольное и властное . Неприятно... >>>>>




  20  

Ей, безусловно, требовалась помощь.

Безрадостно спустилась она по лестнице туда, где продолжало крутиться «Колесо Фортуны». Эвелин и Джо потрясенно смотрели на нее, вытаращив глаза и раскрыв рты. Они лишились дара речи.

— Господи! — наконец выпалила тетя Джо.

Щеки Дейзи вспыхнули огнем под слоем румян, сделав их еще ярче.

— Тут должен быть какой-то фокус, — еле выговорила она.

— Не расстраивайся, — жалобным тоном произнесла мать, вставая с кресла, чтобы обнять бедную дочку. — Большинство молодых девушек учится этому методом проб и ошибок. Ты просто никогда этим не занималась.

— У меня нет времени на пробы и ошибки. Мне нужно это освоить немедленно.

— Поэтому мы и предложили найти консультанта. Подумай об этом, милая. Это самый быстрый способ.

— Бет может мне все показать, — озарило Дейзи. Ее младшая сестра не накладывала косметику ложками, но знала, как подчеркнуть свои достоинства. Кроме того, Бет не потребует за это платы.

— Не думаю, — мягко промолвила Эвелин.

Дейзи удивленно моргнула. Это оказалось большой ошибкой. Разлепив пальцами ресницы, она спросила:

— Почему?

Эвелин поколебалась, потом вздохнула:

— Милая, ты всегда была умницей, а Бет застолбила себе право быть хорошенькой. Я не думаю, что она легко перенесет, если ты попросишь ее помочь тебе стать красивой, оставаясь умной. Дело не в том, что ты некрасивая, — поторопилась добавить Эвелин, чтобы не ранить чувства Дейзи. — Ты интересная. Просто ты никогда не училась подавать себя, подчеркивать свои достоинства.

Мысль о том, что Бет может хоть чуточку ей завидовать, была настолько ей чуждой, что Дейзи не могла ее принять.

— Но у Бет всегда были хорошие отметки в школе. Она совсем не глупая. Она и умница, и красавица… так почему же ей не помочь мне?

— Бет не ощущает себя такой же умной, как ты. Она окончила школу, а ты — колледж.

— Но она же не пошла в колледж, потому что вышла замуж за школьного возлюбленного… когда ей было восемнадцать… и завела чудесную семью, — недоуменно возразила Дейзи. По правде говоря, ей всегда хотелось быть такой, как Бет. — Не пойти в колледж было ее выбором.

— Но ведь всегда задумываешься, правильно ли сделан выбор, — заметила тетя Джо, повторяя последние слова Дейзи. — Эвелин всего-навсего хочет сказать, что ты не должна загонять Бет в такую ситуацию. Она не простит себе, отказав тебе, а если согласится помочь… это будет как носить шерсть летом: душит и кусается.

Значит, эта идея не проходит. К счастью, у Дейзи была еще одна.

— Полагаю, мне стоит отправиться в универмаг в Чаттануге или Хантсвилле. И пусть они там сделают мне макияж как надо.

— По правде говоря, — сказала тетя Джо, — мы подумали кое о ком, живущем прямо здесь, в Хилсборо.

— Здесь? — Дейзи недоуменно перебирала в памяти всех жителей городка, кто мог хотя бы отдаленно сойти за консультанта по красоте. — Кто? Кто-то недавно переехавший к нам в город?

— Не совсем. — Тетя Джо откашлялась. — Мы думаем, что тебе мог бы помочь Тодд Лоуренс.

— Тодд Лоуренс? — вытаращилась на них Дейзи. — Тетя Джо, то, что человек — гей, вовсе не означает, что он может быть консультантом по макияжу и моде. Кроме того, я не уверена, что Тодд относится к «ним». Мне неудобно огорчать его таким вопросом… А если он не из «них»?

Тодд Лоуренс был на несколько лет старше ее, то есть ему было чуть за сорок, и он был человеком сдержанным, державшимся с большим достоинством. Он уехал из Хилсборо, когда ему было немногим больше двадцати, и, по словам обожавшей его матери, очень успешно продвинулся на Бродвее. Однако, коль скоро у него не было ни газетных вырезок, ни журнальных статей, в которых упоминалось бы его имя, возможно, лишь материнская любовь привела ее к мысли, что ему там сопутствовал успех. Тодд вернулся в Хилсборо спустя пятнадцать лет после отъезда, чтобы заботиться о матери в последние годы ее жизни, а после ее смерти продолжал тихо и одиноко жить в старом викторианском доме на окраине городка.

— О, он из «тех», — отозвалась Эвелин. — Ради всего святого! Он же открыл в Хантсвилле антикварный и дизайнерский магазин. Скажи, сколько добропорядочных мужчин знают, что собой представляет цвет «моув», то есть серо-лиловый? А Тодд сказал мне на Пасху, что цвет «моув» мне очень к лицу. Помнишь это мое платье в том году? И сказал он это в присутствии нескольких людей. Нет, он точно из «них».

— Не знаю, — засомневалась тетя Джо. — Знание «моув» не такой уж хороший тест. Может ведь жена заставить мужчину выбирать краску для дома? Тогда он будет знать цвет «моув». А вот что будет настоящей проверкой, так это пюсовый цвет. Спроси Тодда насчет пюсового.

  20