ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Брошенный вызов

Прекрасное настроение после прочтения романа,но перечитывать не буду... >>>>>



загрузка...


  140  

— Тристан, Гай солгал. Я ничего не знала! Это он убил моего отца и Акселя. Убил их и убедил меня, что они погибли в бою… Он прикончил их своими руками и поклялся быть мне другом, и… Тристан, клянусь: я пыталась защитить Гая только потому, что помнила о его дружбе с Акселем!

— Знаю. — Тристан нежно улыбнулся.

— Знаешь?

— Я был глупцом, любимая. Боялся довериться тебе. Ты простишь меня?

Ее глаза наполнились слезами, она осторожно коснулась пальцем ссадины у него на щеке.

— А ты меня? Тристан, если бы я предупредила тебя еще в Бедфорд-Хите, рассказала, что он замышляет недоброе…

— Не вини себя, любимая.

— Но из-за моего молчания чуть не пострадали мы все. Господи, Тристан, не могу представить себе, что Кэтрин…

— Я боялся не только за нее, но и за тебя. Я понял, что не смогу жить без этих волос, голоса, этой души. Мое сокровище, любимая, моя жизнь! — Его голос переполнила нежность, он прижался щекой к голове жены и привлек ее к себе. — Страх был так велик, что я растерялся… но к счастью, всемогущий Бог дал нам шанс выжить. И любить…

— Простите, но с этим можно подождать!

Оба вздрогнули, обернулись и увидели, что Джон держит на руках Кэтрин, раздраженно потирающую кулачками лицо.

— Кэтрин! — радостно воскликнула Женевьева и, высвободившись из объятий Тристана, прижала к себе дочь.

— Она… вся мокрая, — смущенно сообщил Джон.

— Драгоценная моя крошка!

Женевьева расплакалась, прижавшись лицом к дочери. Тристан подошел и обнял их обеих, напомнив Джону, что ему пора привыкать к мокрым пеленкам и плачущим детям.

Джон с усмешкой согласился, а затем предложил привести коней — должно быть, Эдвина и Роже уже извелись от беспокойства. Бросив взгляд на труп сообщника сэра Гая, он заметил, что его следовало бы похоронить. Тристан велел Женевьеве одеться и немного подождать, но войти в пещеру она не решалась, поэтому он сам принес ей туфли и плащ и укутал им ее плечи. Женевьева подождала, пока мужчины закопают труп ее мучителя. Вглядываясь в темноту, она укачивала ребенка. В замок Женевьева ехала верхом на Пае, вместе с Тристаном. Роже и Эдвина устремились навстречу, едва завидев их. Они громко кричали от радости, говоря, что до смерти перепугались. Наконец все двинулись домой, в Иденби.

Прошло несколько часов, прежде чем они увидели озаренные луной стены и башни замка. Облака то и дело заволакивали ночное светило, и путникам казалось, что луна игриво подмигивает им. Близилось утро.

Роже, Джон и Эдвина ехали впереди. Эдвина прижимала к себе малышку. Тристан обнимал Женевьеву, а Пай двигался медленной рысцой.

— Все кончено, — пробормотала Женевьева, — и никто из нас не пострадал. Нас уберег Бог, любимый.

— Да, он благословил нас. — Тристан поцеловал ее в макушку. — Но как же мне быть дальше, милая? За какими стенами спрятать мою мятежную, дикую розу?

Женевьева улыбнулась и, обернувшись, посмотрела на мужа.

— Вам давно уже незачем прятать меня, милорд. Я навеки прикована к вам золотыми цепями.

Он усмехнулся:

— Скорее уж шелковистой паутиной и нежным шепотом! Леди, я давным-давно стал вашим пленником.

— Тристан, как я люблю тебя!

— И я тебя, Женевьева.

— Домой… — мечтательно протянула она, радуясь тому, что не чувствует запаха гари. Под домом она подразумевала не только сам замок, но и бурное море, и утесы, и обитателей Иденби. Теперь все это станет городом — благодаря Тристану. — Придется перестроить замок.

— Да.

— Чтобы он стал просторнее. А еще… Тристан, мне так понравился Бедфорд-Хит! Нельзя ли и здесь сделать такие же чудесные окна?

— Все, что пожелаешь, дорогая.

— И повсюду постелить мягкие ковры, особенно в детской. А еще мне понадобится классная комната. И теплые, уютные комнаты для гостей — чтобы ученые всего мира съезжались к нам в гости. Не только ученые, но и лучшие музыканты! И…

— Классная комната?

— Да! Анна должна научиться не только рукоделию, да и Кэтрин не помешает образование. А к тому времени у Джона и Эдвины родится сын, и у нас…

Он крепче обнял ее. Женевьева рассмеялась.

— Скверный мальчишка! Ты уже все знаешь!

— Да, Эдвина сказала об этом… Но я надеялся услышать радостную новость от тебя.

— На этот раз у нас родится сын, — прошептала Женевьева.

— Возможно. — Тристан остановил Пая, крепко обнял жену и прильнул к ее губам в продолжительном нежном поцелуе. Наконец он отстранился, и они вновь посмотрели друг другу в глаза. При пожаре замок пострадал, но каменные стены остались величественными и гордыми. Небо над Иденби постепенно светлело.

— Тристан, смотри, как лучи солнца играют на парапетах! — шепнула Женевьева. — Знаешь, я безумно счастлива… может, напрасно?

— Нет, любимая. Счастьем надо дорожить. Что касается меня, леди Иденби, то и я безумно счастлив. О таком счастье я даже не мечтал. Леди, вы не устаете радовать меня.

— Скверный мальчишка! — со смехом повторила она.

— Нет, влюбленный, околдованный и почтительный муж. Алая роза Ланкастеров жаждет сплестись с белой розой Йорков. Англия объединилась… теперь у нас один дом.

— Это правда? — взволнованно прошептала Женевьева. — Неужели война наконец-то кончилась?

— Наша война — да, любимая. Наш дом стал общим.

Женевьева удовлетворенно улыбнулась.

— О лорд из стана Ланкастеров! Не забывайте, что у белой розы есть шипы!

Тристан усмехнулся и пришпорил Пая, направляясь к воротам и шепча жене на ухо:

— Идем, любимая. Где бы нам ни пришлось спать сегодня, у нас будет ложе из роз, благоуханных и шелковистых, без единого шипа.

Солнце поднималось над скалами и над стенами Иденби. Небо переливалось всеми оттенками золотого и малинового цветов, радуясь началу нового дня!!!

  140