ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

На берегу

Мне понравился романчик. Прочитала за вечер. >>>>>

Красавица и чудовище

Аленький цветочек на современный лад >>>>>

Половинка моего сердца

Романтичный, лёгкий, но конец хотелось бы немного расширить >>>>>

Убийство на троих

Хороший детективчик >>>>>

Бункер

Замечательный рассказ. Заставляет задуматься,очень. Читается легко. >>>>>




  61  

Разин потер скулу, покосившись на Альба, кивнул — мол, продолжай в том же духе.

— Ни! — замахал руками бородатый мужик. — Мы свой не продадим. Ни за какие деньги!

Женщина шикнула на мужика, что-то ему сказала, тот задумался ненадолго и подозвал пацана. Они пошептались. Потом бородач крикнул:

— Монету серебром!

Альбинос ухмыльнулся. Стоит деньги показать, как по сендеру из всех стволов шмалять начнут. Туран не успеет ничего сделать, его первыми выстрелами снимут.

— Договорились! — крикнул Альб. — Но…

Все, кто был в сендере, посмотрели на него. Разин даже дернулся, хрустнул пальцами, сжав рукоять автомата.

— Твой сын, — Альбинос показал на паренька, — покажет дорогу. Выведет к плоту сендер, получит монету.

— Согласные! — донеслось из поселка.

Деньги рыбари запросили большие. Но иного выхода не было, к острову Губерта лучше добраться засветло.

С громким хлопком открылся люк, где-то в основании дома, между свай упал, разворачиваясь, канат. Парень соскользнул по нему, ловко перебирая руками. Шлепнул ногами в грязь, подняв брызги. Грязь его не смущала, он бодро затопал из-под дома на свет — по лужам и по мутной жиже, не разбирая. Подошел к сендеру и встал, разглядывая приезжих. Глаза у мальчишки были яркие, большие, они выделялись на сером малоподвижном лице, как что-то чужеродное — будто взяли чужие живые глазищи и вставили чучелу, слепленному из болотной тины.

— Лезь на капот, — сказал Альбинос.

— Дядьки, ежели на болота хотите попасть, — заговорил паренек, усаживаясь поудобнее, — езжайте дальше по берегу, там соседский дом, навроде нашего на столбах устроен.

Он сместился вперед, поставил ноги на бампер, оглянулся.

— Болотные там всех пожрали, а плот не тронули. Плот стоит на месте, поснимали мы с батей оттуда лебедку, то да се, однако по болоту на ём и теперь пробираться можно, чего ж не пробираться! Болотные не тронули, им ни к чему. — Он понизил голос: — Токо я бы вам сказал: не лезьте вы в ту болотину, недоброе там теперь стало, смертное все. Не как прежде бывало.

— Про остров расскажи, — прошептал Разин, подавшись вперед.

Парень посмотрел на мать с отцом, опять обернулся.

— Отъедем, и расскажу.

— Газуй, Музыкант, — кинул Егор, устроил оружие на коленях и махнул рукой.

Когда сендер отъехал на приличное расстояние от поселка, парень попросился в кузов. Альбинос посмотрел на Разина, тот кивнул. Проводника посадили между Илаем и Белорусом.

— А на бетонном острову знаете, ктось нынче живет? — начал юный обитатель болот.

Белорус вопросительно глядел на него.

— Плохие. Быстрым плотом туда-сюда носются. Ох, и скорая же штука, этот плот, летит прям! Болотные не трогают тех, которые на острову. Или боятся, или дружбу водят, а только не трогают, хотя и злые теперь болотные стали. Раньше боялись нашего брата, рыбарей, а теперь ох и злые. Не ходите вы на болотину, пропадете.

Он оглядел сидящих по сторонам. Белорус хмыкнул. Илай вообще никак не отреагировал.

— Не передумали, значится… Стало быть, плот соседский заберете, боле он никому не надобен. Хороший плот, крепкий. Только справа у вас неподходяща, вот чего!

— Чего неподходяща? — удивился Белорус.

— Справа, снаряжения ваша. На болоте така вот годнее, — парень постучал себя в грудь, куртка на нем зашуршала, будто накрахмаленная рубаха.

— И что же это? Из чего?

— Мешковина, чензиром пропитана, — охотно пояснил парень. Он, похоже, страшно гордился тем, что у него «справа» не хуже, чем у старших. — Чензир дорогущий, ух! Но батя сладил мне справу, настоящу, годну.

Он снова постучал себя в грудь, быстро улыбнулся, сверкнув глазами, и серьезно сказал:

— А только лучше не ходите на болотину, ну ее. Живы будете, возвертайтесь. Опасно нынче. И стреляли недавно, опять же. Батя говорит: десять стволов палили, не меньше. Возвертайтесь домой, дядьки.

— Жми, Музыкант, — скомандовал Разин.

Сендер взревел мотором, грязь полетела из-под колес. Ехали вдоль береговой линии, а парень стоял за спиной у Альбиноса, изредка указывая на ориентиры в болоте, чтобы с пути не сбиться.

Солнце подбиралось к зениту, было жарко, вонь усиливалась. Днем грязь подсыхала, образуя корочку, колеса сендера взламывали ее, в трещины выплескивалась жижа, брызгала во все стороны, исходила паром.

Вскоре добрались до соседнего поселка, который мало чем отличался от предыдущего. Двери домов стояли распахнутыми настежь, клочья тумана вплывали в них, решетки на окнах были выломаны. Сендер остановился в тени у ближайшего дома, Белорус спрыгнул в лужу и пошлепал в полумрак под помостом. По свисающему из распахнутого люка канату Тим залез внутрь, остальные следили за ним.

  61