ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Мода на невинность

Изумительно, волнительно, волшебно! Нет слов, одни эмоции. >>>>>

Слепая страсть

Лёгкий, бездумный, без интриг, довольно предсказуемый. Стать не интересно. -5 >>>>>

Жажда золота

Очень понравился роман!!!! Никаких тупых героинь и самодовольных, напыщенных героев! Реально,... >>>>>

Невеста по завещанию

Бред сивой кобылы. Я поначалу не поняла, что за храмы, жрецы, странные пояснения про одежду, намеки на средневековье... >>>>>

Лик огня

Бредовый бред. С каждым разом серия всё тухлее. -5 >>>>>




  142  

Она покачала головой. Она хотела остаться в Лас-Вегасе еще на одну ночь. Надо дать Матту еще один, последний шанс.

Куда бы ни приехала Олимпия, везде ей оказывали королевские почести. Ленни скоро выяснил это обстоятельство. В Америке его тоже стали принимать как особо важную персону – плоды славы, не говоря уж о волшебной силе телевидения. В Европе о нем никто не слышал, и он вдруг превратился в мистера Станислопулоса. Когда к нему в первый раз обратились подобным образом, он только рассмеялся. Во второй раз ему было уже не так смешно. В третий он вообще уже не видел здесь ничего смешного.

Олимпия поправила прическу и посоветовала ему привыкать.

– Никогда не привыкну, сударыня, – ответил он сердито.

Лондон оказался именно таким, каким он его себе и представлял, хотя и менее холодным. Волны горячего воздуха дрожали над асфальтом улиц. Белый «бентли» встретил их в аэропорту, и светловолосый, под цвет машины, шофер отвез их в «Коннот-отель».

– Мой отец всегда останавливается здесь, – объявила Олимпия. – Здесь лучший ресторан во всем городе.

Но, несмотря на высокое качество местной кухни, обедать они все равно отправились в какой-то особенный клуб «Анабел» на Беркли-сквер, где Олимпия встретила каких-то своих английских друзей. Они представляли собой странную группу и носили еще более странные имена: Мафи, Пинко, Найджел и Пупси.

– Английская знать, – шепнула Олимпия.

Мужчины говорили пронзительными голосами, а девушки, хотя и очень хорошенькие, розовощекие и белокожие, с аккуратными прическами, выглядели недоступными. Он танцевал с одной из них под пластинку Синатры, и, казалось, все развлекались вовсю. Девушка сильно прижималась к нему своим крепким телом. От нее пахло увядающими розами.

– Пошли дальше? – предложила Олимпия после великолепного обеда, состоявшего из салата из крабов, бифштекса и горького шоколадного мороженого.

– Неужели ты не устала? – спросил он. Утомление перелетом начало наваливаться на него.

– Вовсе нет, – ответила она и подумала, не предложить ли ему нюхнуть отличного кокаинчика, к которому она приложилась перед выходом. Нет, это ее запас, и она не станет ни с кем делиться. На яхте неоткуда будет взять, так что важно беречь то, что есть. К тому же Ленни говорил, что не употребляет наркотиков – так зачем тратить их впустую?

Тут она вспомнила Флэша. Вот с ним таких проблем не возникало. Наркоман высшей марки. Кто знает, возможно, они столкнутся с ним на юге Франции. Он затаился где-то там, на вилле около Канн, вместе со своей молоденькой беременной женой. Наверное, оба постоянно торчат под кайфом.

От «Анабел» они перебрались в «Трамп» на Джеримин стрит, еще один частный клуб, но более раскрепощенный и веселый, чем чопорный «Анабел».

Заправлял «Трампом» жизнерадостный англичанин по имени Джонни Гоулд. Он приветствовал Олимпию как пропавшего друга, хотя она до сих пор только один раз заходила к нему вместе с Флэшем. И он так же дружелюбно обошелся и с Ленни и даже, казалось, знал, кто он такой, что согрело Ленни душу. Инстинктивно Ленни почувствовал, что «Трамп» – местечко в его вкусе. Он снял галстук, расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке и ему сразу стало легче.

Джонни отвел их в переполненную дискотеку и затолкал за уже занятый столик. Он представил их своей жене Джен, ослепительной экс-манекенщице. Среди тех, кто сидел за удобными столиками неподалеку, были Ринго Стар, Джек Николсон и звезда британского футбола Джордж Бест.

У Ленни открылось второе дыхание, усталость с него вдруг как рукой сняло.

Они с Олимпией вывалились из клуба в четыре утра, попробовали ускользнуть от круживших неподалеку фотографов, рухнули на сиденья дожидавшейся их машины и проспали всю дорогу до «Коннота».

Так прошел сей памятный вечер. В полдень следующего дня они уже находились на борту другого самолета, который нес их на юг Франции, навстречу летнему круизу Димитрия.

ГЛАВА 67

С самого первого дня Лаки выбрала для себя манеру поведения. Она тихонько сидела в уголке и смотрела, чувствуя себя невольным, но внимательным свидетелем самой большой загадки жизни.

Вообще-то, она давно привыкла наблюдать за людьми и ситуациями, с тех еще пор, когда ей пришлось провести четыре года в Вашингтоне со своим первым мужем, невообразимо скучным Крейвеном Ричмондом.

Теперь она превратилась в миссис Димитрий Станислопулос и иногда спрашивала себя, что же она все-таки выиграла. Возможно, замужняя жизнь вообще не для нее. Каждый день ей все больше хотелось вновь стать одинокой и свободной, потому что с каждым днем она все больше понимала, что ничего не знает о Димитрии. Он оказался нетерпимым и высокомерным, тираном по отношению к подчиненным. Некогда он явился к ней в облике опытного и нежного любовника, но после свадьбы он, казалось, потерял всякий интерес к сексу.

  142