ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Юная жена

Очень нравится этот роман. Читается легко, прям на одном дыхании. Уже не первый раз перечитываю и всегда испытываю... >>>>>

Запретное искушение

Домучала до конца........ >>>>>




Loading...
  1  

Даниэла Стил

Питер, Поль и я


* * *

Посвящается

многоликому Тому Перкинсу, доктору Джекиллу,

мистеру Хайду

и Исааку Клону,

который дарит самые изысканные драгоценности…

но в особенности Тому,

подарившему мне Клона

и дорогие воспоминания.

С любовью

Д. С.


Глава 1

Мой первый и до сих пор единственный брачный союз распался как раз накануне Дня благодарения. Я так отчетливо все помню, словно это случилось вчера. Момент, предшествовавший столь знаменательному событию, застал меня на полу спальни. Я распласталась под кроватью и шарила там в поисках шлепанца, а моя любимая, но изрядно поношенная фланелевая рубашка задралась выше пояса. Вот тут-то на пороге и появился мой супруг, как всегда элегантно и безукоризненно одетый (на нем были фланелевые брюки и пиджак). Увидев меня в такой позе, он пробормотал что-то невнятное. Я не расслышала его, увлеченная своим занятием: мне удалось обнаружить под кроватью очки, пропавшие пару лет назад, пластмассовый браслет, о существовании которого я уже давно успела позабыть, и крохотный красный башмачок, принадлежавший моему сыну Сэму и утерянный им еще в младенчестве. Сэму недавно исполнилось шесть, так что башмачок нашелся очень «кстати». И это называется уборка! Держу пари, ни одна из домработниц, прибиравшихся в моей квартире, ни разу не удосужилась заглянуть под кровать.

Я выползла на свет божий лохматая, как чучело, увидела Роджера и поспешно оправила ночную рубашку. По сравнению со мной он выглядел подчеркнуто официальным, и мне стало стыдно за мой взъерошенный вид.

– Что ты сказал? – спросила я с улыбкой, совершенно не подозревая о том, что в зубах у меня предательски застряла ягодка черники из съеденной час назад сдобной булки. Это досадное обстоятельство открылось мне несколько минут спустя, когда я, глотая слезы, взглянула в зеркало и узрела там свою зареванную физиономию с распухшим красным носом. Но пока гром еще не грянул, и я продолжала улыбаться в полном неведении относительно того, что последует дальше.

– Я попросил тебя присесть, – сказал он, с неподдельным интересом разглядывая мой наряд, всклокоченную шевелюру и чернично-булочную улыбку.

Согласитесь, нелегко вести светскую беседу с мужчиной, одетым в духе фешенебельной Уолл-стрит, в то время как на тебе любимая фланелевая ночная рубашка. Волосы я вымыла еще вчера вечером, но до сих пор не расчесала. Ногти, аккуратно подстриженные и чистые, я не стала покрывать лаком, поскольку отказалась от этой процедуры еще в колледже. Мне казалось, что с ненакрашенными ногтями я больше похожа на интеллектуалку. Кроме того, мне попросту лень было этим заниматься. Я ведь была замужем и, как все замужние дамы, пребывала в полной уверенности, что мне совершенно необязательно тратить столько времени на свою внешность. Как выяснилось позже, это было непростительное заблуждение.

Мы сели друг против друга в обитые атласом кресла, стоявшие в ногах нашей супружеской постели, и я снова поймала себя на мысли, что кресла здесь смотрятся ужасно нелепо: как будто мы каждый вечер должны сидеть в них и вести переговоры перед отходом ко сну. Но Роджер говорил, что ему кресла нравятся, поскольку, глядя на них, он вспоминает свою матушку. Я как-то раньше не задумывалась над этим, а зря: возможно, одна из причин нашего разлада крылась в этом на первый взгляд невинном факте – Роджер постоянно сравнивал меня со своей мамочкой.

Судя по его торжественному виду, он собирался сказать мне что-то важное. Застегивая пуговки фланелевой ночной рубашки, я мысленно распекала себя за то, что не успела натянуть футболку и джинсы – мой обычный наряд. Привлекательность собственного имиджа меня не особенно заботила. Муж, семья, дети, дом – вот что составляло смысл моей жизни. Секс стоял на одном из последних мест в иерархии ценностей. Наши постельные игры в последнее время происходили все реже и реже.

– Ну, как ты себя чувствуешь? – спросил он, и я снова улыбнулась, хотя улыбочка у меня на сей раз вышла несколько натянутая (проказница черничка мелькнула меж зубов).

  1