ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Три черные колдуньи

Отличный детектив! Просто супер! >>>>>

Зеркальный лабиринт

Класс. Понравилось! >>>>>

Адвокат мог не знать

А мне понравилось! >>>>>

Дед Снегур и Морозочка

И в самом деле дурдом , но прочитался >>>>>




  33  

Бел Амор с Глухим Чертом, преглупо блиставшим золотым значком, отправились на крышу Лотерейного Центра, а оттуда «Вечерним экспрессом» в свое бесталанное Свернутое Подпространство, которое следовало развалить и собрать заново.

Бел Амору опять не повезло — Матильда, благосклонно глянув на него, бросилась на пиджак Глухого Черта. Это был пиджак поэта. К такому пиджаку хотелось прильнуть. Таким пиджаком можно было размахивать, как флагом. Носить его впереди толпы, чтобы значок сверкал на солнце. Женщины всех цивилизаций на такие дела падки.

А что было дальше — все знают: повторение цикла — резня, переворот, опять резня, опять переворот — до тех пор, пока ремонтно-спасательная команда из Службы Охраны Среды (СОС) не отогнула створки Устричного Архипелага, чтобы вызволить Бел Амора (и всех бесов заодно); и тогда, наконец, наступило Очередное Счастливое Будущее, в котором мы с вами живем.

ПРИЛОЖЕНИЕ


    Ненаписанные, а также возрожденные из пепла стихи Бел Амора

    (Авторский перевод с карданвалъского Игоря Кручина)

  • Я не поэт. Но нет, не потому,
  • Что не верчу богемой и толпой,
  • Что чувства подначальственны уму,
  • Что не владею словом и собой.
  • Какой бы ни случился мне билет
  • Я просто слабый рифмователь. Ведь
  • За звание дебильное — «Поэт»
  • Страдать не соглашусь. И — умереть.
  • Соната, средство от прыща,
  • Бог, лотерея, телевизор!
  • Что же такое душа?
  • Слышим об оной мы сплошь.
  • Может, она — анаша,
  • Дурь, от которой балдеж???
  • Ну-ка, в словарь посмотреть!
  • «Хлеб… — возглашает словарь,
  • С четким стремленьем черстветь,
  • Окаменяясь в сухарь».
  • Мне говорил шмонающий ишак:
  • «Живи! Но усеки и не отчайся:
  • Вселенная похожа на пиджак,
  • И пламенный утюг — ее начальство.
  • Ну, а подкладка малость расползлась,
  • И там, в Заподлицовье, в масть порядку,
  • Рукав по локоть засучивши, власть
  • Невидимая — штопает подкладку.
  • Как в нуль-пространстве протыкают путь
  • (Сквозь лацкан — до подкладки) звездолеты,
  • Так нужно шилом вовремя проткнуть
  • Пиджак для бляхи, явствующей, кто ты».
  • Цистерну надобно ума,
  • Дабы постичь цитаты эти:
  • «Познай, где свет, — поймешь, где тьма»,
  • «Прохавал жизнь — просек бессмертье».
  • Одну под вечер бытия
  • Ученый выдал (Шэкон?.. Бартли?);
  • Другую, скажем прямо, — я!
  • И совершил открытье вряд ли.
  • Ведь нечто новое ища,
  • Ты не отыщешь даже мизер.
  • Давно все есть: роддом, праща,
  • Виноват Гдемокрит,
  • Фрезерфорд ли виновен
  • В том, что мир состоит
  • Из мельчайших хреновин?
  • Я загнусь, как любой…
  • Но ведь может случиться:
  • Прах развеянный мой
  • Соберут по крупице.
  • Опосля монтажа
  • Встану — ярый, как водка.
  • Где ж возьмется душа?
  • В каждом атоме. Вот как.
  • Я тебя люблю
  • Пять, наверно, лет.
  • Будешь ты в раю.
  • Я, наверно, нет.
  • Пью и предаю.
  • В ад мне взят билет!
  • Будешь ты в раю
  • Вспоминай. Привет.

Киев, 1990, 1997

КТО ТАМ?

Фантастическая повесть

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ

1

В периоды смутных времен, когда «ни мира, ни войны», когда все цивилизованные Братья-по-Разуму сидят в глухой обороне, оградившись колючими демаркационными линиями; когда кажется, что сама Вселенная не знает, что делать — сжиматься или расширяться; когда в такой взрывоопасной международной обстановке тащишь на буксире тяжелую баржу, по завязку загруженную мешками с картошкой и армейской тушенкой, — гляди в оба! В такие мирные времена можно запросто подвергнуться слепому артналету, залететь в минные поля или, того хуже, напороться на голодную засаду только что вышедших из колыбели варваров-оборваров, которые где ни попадя ставят силовые капканы, нападают на воинские склады и мародерствуют в окраинных галактиках, — одинокая баржа с тушенкой для них лакомая добыча.

Примерно так думал пилот Бел Амор, перегоняя продовольствие на Нижнюю Варту Вселенной к новому форпосту землепроходцев. Старина Стабилизатор (робот, сдвинутый по фазе, слетевший с катушек и давно отслуживший свой жизненный ресурс, но преданный хозяину как верный пес) охранял баржу с тыла — бормотал стихи, сидя на черном ящике среди мешков с картошкой и ящиков с консервами у старинной, как кремниевое ружье, спаренной противонланетной установки — из такой разве что астероиды крошить. Сдвиг но фазе и слет с катушек заключался в том, что после третьего капитального ремонта в позитронных катушках робота что-то перепуталось, и бедняга Стабилизатор вдруг принялся сочинять какие-то идиотские вирши (они до сих пор хранятся в Главном Архиве Службы Охраны Среды) о смысле жизни и бытия. Например, такое стихотворение:

  33