133 
Он работал старательно и методично. В течение пяти минут в лаборатории глухо лязгало сминаемое страшными ударами железо и со звоном лопалось, разлетаясь во все стороны мелкими брызгами, толстое стекло. Наконец погром прекратился; тяжело дыша, Грабовский выпустил лом, и тот с похоронным звоном упал на бетонный пол, усеянный исковерканными до неузнаваемости обломками установки, разработанной в далеком девяностом году головастым мужиком по прозвищу Трубач.
Разгребая ногами хлам, Борис Григорьевич подошел к кушетке, отодвинул ее и вынул из потайного сейфа свой экземпляр документации по проекту «Зомби». Из кармана брюк появилась зажигалка; едкий дым щипал глаза, было трудно дышать, но Грабовский терпел до тех пор, пока последняя страничка из пухлой стопки не превратилась в пепел, который он затем старательно измельчил и перемешал.
Усаживаясь на оснащенную крепкими привязными ремнями кушетку, Борис Григорьевич не думал ни об иронии судьбы, которая напоследок завела его в этот подвал, ни о мрачных предсказаниях болгарской ясновидящей, которые вот-вот должны были сбыться. Он вообще ни о чем не думал, даже тогда, когда вставлял в рот дуло семнадцатизарядного пистолета с последним оставшимся в стволе патроном. Он не смог бы думать, даже если бы очень захотел, потому что, разрабатывая и испытывая препарат «зомби», другой головастый мужик, по прозвищу Шкипер, специально об этом позаботился.
Блестящая карьера знаменитого ясновидящего, которого многие считали живым воплощением Бога, оборвалась с глухим, коротким и будничным звуком. Мертвый экстрасенс упал на забрызганную собственными мозгами кушетку, и рядом не оказалось никого, кому пришла бы в голову дикая мысль о том, что его было бы неплохо воскресить.
133 
