ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Принцесса и ангел

Очень нудно! Бесконечные описания, мало диалогов, мало героев, медленно развиваются события, дочитала из принципа... >>>>>

Ночь на острове любви

Что с людьми делают деньги...мужик в истерика превратился весь роман какина ромашке гадают....по... >>>>>




Loading...
  1  

Наталья Нестерова

Между нами, девочками

ФАНТАЗЕРКА

Как выглядит пена, которая идет у припадочных изо рта, я не знаю. Шампунь глотать мне не хочется, останавливаюсь на отцовском креме для бритья. Ох и мерзость!

Я брякнулась на спину в комнате, где родители собирали чемоданы, начала дрыгать руками и ногами, пускать пузыри. Папа перешагнул через бьющуюся в конвульсиях родную дочь, как через бревно. Мама склонилась надо мной и строго спросила:

— Где маникюрный набор? Почему ты никогда не кладешь вещи на место?

Мои родители бездушные киборги — роботы с чипами и микросхемами вместо сердец. Четырнадцать лет, с рождения, я пытаюсь расшатать их нервную систему, но она сделана из титановой проволоки. Они уезжают в отпуск! За мной должна присматривать любимая бабуля, которая заядлая альпинистка и в данный момент ползает по горам Кавказа. Несостыковка в два дня: папа и мама решительно отказываются оставить меня одну и отдают, как они выражаются, «на передержку» маминой подруге детства. Из нынешних знакомых меня бы никто не взял.

Спектакль провалился, мимо кассы. Встаю с пола и иду полоскать рот. А все потому, что полгода назад родители оставили меня одну, а сами махнули в Петербург к друзьям. Если честно, то они сами виноваты — вернулись на день раньше. Так поступают только глупые мужья в анекдоте: возвращается он из командировки…

Возвращаются они из Питера и застают картину. Я и две мои подружки, в одних трусах, с ног до головы покрытые татуировками (переводные картинки), волосы розовыми и зелеными прядями покрашены (одноразовый эффект), изображаем под музыку пляску апачей. В пепельнице дымятся сигареты (дрянь ужасная), а на столе бутылки пива (сначала горько, потом привыкаешь).

Когда меня схватили после непродолжительной погони и стали драить в ванной, я так визжала, что пришел сосед снизу.

— Интересно, — говорит, — что нужно с ребенком делать, чтобы он так орал?

Папа, взмыленный и гневный, честно отвечает:

— Мы ее купаем.

— Первый раз в жизни? — уточнил сосед. — Тогда понятно.

Кстати, подружки мои, заявившись домой в соответствующем виде, без всяких пыток с ходу заявили родителям: «Это Катя придумала!», я то есть. Понятное дело, их не наказали, только водиться со мной запретили.

На «передержку» меня определяют к тете Лизе. Мама о ней рассказывает:

— Чудный человек, доброты исключительной. В детстве мы были неразлучны, а потом пути разошлись.

— Главное, она Катьку нашу не знает, — бурчит папа.

Он злится, потому что портативный компьютер на время отпуска достается мне. С папой мы слегка подрались, но мама встала на мою сторону: в четыре руки и две глотки мы фазера победили.

— Лиза, — продолжает мама, — несколько задержалась в развитии. Возможно, виновата ее профессия и контингент, который ее окружает. Она в детском саду воспитательницей работает.

— Контингент играет такую большую роль? — удивляюсь я.

— Безусловно, — отвечает мама, которая студентам философию преподает.

— Бедный папочка! — всхлипываю я.

— Почему это я бедный? — настораживается он.

— Ты же сам говорил, что все дни с мышами и кроликами проводишь, опыты на них ставишь.

Мама прячет лицо, папа показывает мне кулак. Он бурчит, что такие перегрузки, как со мной, ни один трудовой кодекс не выдержит. И он, папа, заслужил отдых от параноидальной личности с замашками диктатора, то есть от меня, родной и единственной дочери.

На самом деле они любят меня безумно. Один раз я подслушала, как мама говорила, что все дети по сравнению со мной кажутся ей испеченными из скисшего теста. А папа обозвал их ипохондриками и меланхоликами. Я потом в словаре значение этих слов смотрела.

Когда я в детстве болела воспалением легких, папа лежал со мной в больнице, потому что у мамы грипп был. Сестрички на папу молились, уверяли, что такие отцы вымерли сразу после динозавров, мой уникальный остался. Мама у нас вообще упасть и не встать, какая красивая и Умная. Когда я окончательно вырасту и разовьюсь, обязательно на маму буду похожа.

Звонок в дверь.

— Это Лиза за тобой пришла, — быстро говорит мама. — Приведи себя в порядок!

«Порядок» я заранее продумала. Разделяю волосы на прямой пробор и обильно удобряю гелем, чтобы череп облепили как приклеенные. Заплетаю две косицы с розовыми капроновыми лентами. На концах пышные бантики, как на фото мамы-первоклассницы. Одежки я у бабушки на антресолях нашла. Постирала и дырки, которые моль проела, зашила. Платье — улет! Само розовое, а воротник и рюшки — белые кружева. Рукав короткий фонариком, от талии пышная юбка до колена, пояс на спине в пышный бант завязывается. Бабуля говорит, что она в этом платье была прекрасна, как Мальвина. Хотя трудно поверить, что такой прикид по доброй воле можно надеть.

  1