ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Притворись моим мужем

Вроде неплохой роман. Но порой такие надуманные диалоги и глуповатые моменты прям выбивали из колеи... неоднозначное... >>>>>

Обвенчанные утром

Очень понравилась книга,на мой взгляд,лучшая из серии >>>>>




Loading...
  104  

Ивонна издает резкий короткий крик, и я вижу Уильяма. Уильям в запястьях и коленях привязан к внутренним скобам двери веревками и лентой, на голове у него черный мешок для мусора, туго затянутый на горле такой же черной лентой. Тело его обмякло.

Я отворачиваюсь, складываюсь пополам и кашляю, кашляю, изо рта у меня вдруг начинает хлестать кровь, пятная красным белый гаражный пол, и в этот миг одиночества я сквозь слезы вижу, как Макданн подходит к Ивонне и кладет руку ей на плечо.

Она отворачивается от него, от Уильяма, от меня и прячет лицо в ладонях.

Глава двенадцатая

Дорога на Басру

Маленький скоростной катер огибает невысокий остров. Остров порос вереском и ежевикой, да еще на нем растут несколько малорослых деревьев — в основном ясени и серебристые березы. Сквозь кусты и деревья, торчащие среди пожелтевшего папоротника и выцветшей, усыпанной опавшими бурыми листьями травы, проглядывают серо-черные стены, руины с обвалившимися крышами, покосившиеся надгробия и памятники. Небо цвета вороненой стали повисло над самыми головами.

Лох-Брюс тут, среди низких голых гор вблизи моря, сужается до какой-нибудь сотни метров; эта излучина в проливе почти целиком занята маленьким островом-кладбищем.

Уильям давит на газ и сразу же отпускает педаль, и катер резко рвется вперед к маленькой пристани, косо спускающейся в спокойную темную воду. У камней пристани древний вид. Они разной величины — в основном довольно крупные, а из полированной глади верхних камней торчат тронутые временем железные кольца, установленные в круговых выемках. Мы отчалили от выложенного такими же камнями спуска, под углом примыкающего к дороге и проложенного между деревьями в поросшей кое-где тростником траве.

— Эйлеан-Дуб — черный остров, — объявляет Уильям; катер по инерции подплывает к пристани. — Земля, где покоятся кости предков… по линии моей матери. — Он обводит взглядом пологие холмы и горы покруче на севере. — Почти все это принадлежало нам.

— До огораживания[95] или после? — спрашиваю я.

— И до и после, — усмехается Уильям.

Энди прикладывается к плоской карманной фляге. Он предлагает виски мне, я не отказываюсь. Энди причмокивает губами и оглядывается — можно подумать, он пьет тишину.

— Милое местечко.

— Для кладбища, — говорит Ивонна.

Она сидит, нахмурившись и съежившись, хотя на ней теплый лыжный костюм: пуховик и большие перчатки.

— Йа, — говорю я с доморощенным американским акцентом. — Не слишком ли мрачно для кладбища, а, старина? Послушай, Билл, нельзя ли сюда что-нибудь веселенькое? Типа пары надгробий с неоновой подсветкой, говорящие голограммы усопших, и еще не забыть подставку для цветов, а на ней такие миленькие пластмассовые бутончики. Для молодежи поездка на поезде с призраками; некробургеры с настоящим мясом покойников в вакуумной упаковке в форме гробиков и прогулки с ветерком на похоронной гондоле из «А теперь не смотри».[96]

— Забавно, что тебе это пришло в голову, — говорит Уильям, откидывая назад прядь своих светлых волос и перевешиваясь за борт, чтобы рукой оттолкнуться от камней пристани. — Я когда-то устраивал лодочные поездки сюда из отеля.

Он закрепляет пару белых пластиковых кранцев[97] на борту катера и перепрыгивает на пристань с носовым концом в руках.

— И что, местные не возражают? — спрашивает Энди, вставая и подтягивая корму к пристани.

Уильям чешет затылок.

— Не так чтобы очень. — Он привязывает носовой конец к железному кольцу. — Однажды похоронная процессия появилась в тот день, когда тут одна компания устроила пикник; получился скандальчик.

— Ты хочешь сказать, здесь все еще хоронят? — говорит Ивонна, принимая руку Уильяма, который вытаскивает ее на пристань; она неодобрительно качает головой и отворачивается.

— Ну да, черт подери! — говорит Уильям, в это время вылезаем и мы с Энди.

По правде говоря, на ногах мы стоим не очень твердо, так как не успели толком протрезветь к утру, когда поднялись (около полудня) в доме родителей Уильяма в верхней части озера, к тому же мы время от времени прикладывались к фляжкам с виски — сначала к моей, а потом к его — во время двадцатикилометровой поездки по озеру.

— Понимаете, — говорит Уильям, потирая ладони, — именно поэтому я и решил свозить вас, ребятки, сюда — чтобы вы посмотрели, где я хочу быть похороненным. — Он блаженно улыбается жене. — И ты тоже, голубоглазая, если пожелаешь.


  104