ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Спроси свое сердце

Достойная книга. Немного расстроил гг-й, который не так уж и хорошо распознаёт ложь. А так сюжет интересный >>>>>

Все ради любви

Романы про арабских шейхов мне категорически не нравятся, слишком уж романтизированы и далеки от действительности...... >>>>>




Loading...
  63  

Третьего звонка не раздается.

Ты сдергиваешь с тыльной стороны двери махровый халат и бросаешь ей; халат падает на край джакузи — она подхватывает его.

— Правильно. Надень-ка, да побыстрей.

Ты ждешь, что она попытается надеть халат, не вставая, или повернется к тебе спиной, а потом уже поднимется из воды, но вместо этого она встает в полный рост лицом к тебе, глядя на тебя с чем-то вроде ухмылки, и заворачивается в халат с некоторым даже презрением. У нее хорошее тело и небольшой вертикальный ручеек волос на лобке — мечта фотомоделей или обладательниц купальников с глубоким вырезом.

Она, нервно и покорно вздохнув, откидывает голову в сторону, когда ты приставляешь к ней пистолет, но без сопротивления позволяет тебе застегнуть наручники у нее за спиной. Ты заклеиваешь ей рот и ведешь на кухню, а потом вниз. В прихожей ты видишь, что мистер Азул лежит на том же месте.

В подвале множество веревок. Ты сплетаешь вместе ее пальцы, а потом сажаешь ее на пол и привязываешь к массивному деревянному верстаку. Убираешь с верстака все острые предметы и проверяешь — не сможет ли она до чего-нибудь дотянуться ногами. Несколько веревок ты прихватываешь с собой.

Возвращаешься наверх к мистеру Азулу, но его нет.

Ты ругаешь себя последними словами; удача вот-вот взмахнет крылышками, вспорхнет и оставит тебя; тупо разглядываешь то место, где он только что был — лежал, свернувшись, связанный перед самой дверью; тупо разглядываешь пустую поверхность ковра, словно это может тебе помочь.

Потом разворачиваешься и бежишь в главную гостиную.

Он там, все такой же скрюченный и связанный, но каким-то образом дополз сюда, пока ты возился в подвале; он опрокинул столик с телефоном, а в тот момент, когда ты входишь в комнату и видишь его, он как раз переворачивает телефон номеронабирателем вверх.

Он, извиваясь змеей, подползает к аппарату так, чтобы видеть кнопки. Нажимает три раза, потом, извиваясь, ползет к трубке и мычит в нее сквозь скотч, но тут ты взводишь пистолет, он слышит щелчок, поворачивает к тебе голову — ты стоишь у стены и вертишь в руках провод с вырванной розеткой.

Ты волочешь его наверх и швыряешь на постель; он сопротивляется, пытается кричать. Темнеет, поэтому ты закрываешь пастельно-розовые жалюзи, задергиваешь шторы и только после этого включаешь свет. Мистер Азул все визжит сквозь свои носки и скотч. Ты бьешь его. Пока мистер Азул пребывает в полубессознательном состоянии, ты привязываешь его к кровати кожаными ремнями и приковываешь еще одной парой наручников — все из того же ящика, что и маска. Ты доволен своей работой — привязан он надежно; кровать массивная, а ремни хотя и мягкие, но достаточно толстые. Лучше не придумаешь. Он еще немного пытается барахтаться.

Затем ты берешь веревку, которую принес снизу, и разрезаешь ее на четыре части перочинным ножом.

Одним куском веревки ты обвязываешь его плечо у самой подмышки поверх шелковой рубашки; становишься коленями на матрац и затягиваешь веревку со всей силы — она глубоко врезается в отливающую шелковую материю его светлой рубашки. Мистер Азул кричит под кляпом — сдавленный вопль страдания.

Ты проделываешь то же самое с другой рукой.

Таким же образом ты перевязываешь и его ноги, затягивая веревку у самого паха — она сминает материю его брюк. Мистер Азул сотрясает кровать, дергаясь вверх-вниз, — ни дать ни взять смешная пародия на совокупление. Глаза у него вылезают из орбит, на коже выступают капельки пота. Его лицо краснеет оттого, что сердце пытается прокачать кровь по артериям, перевязанным веревкой.

Ты вынимаешь из кармана куртки маленькую пластиковую коробочку и показываешь ему шприц с иглой. Он продолжает двигаться вверх-вниз, а теперь еще и мотает головой, и ты не уверен, что он понимает, но это уже не имеет особого значения. Ты укалываешь его по разу в каждую руку и ногу. Этот изыск пришел тебе в голову совсем недавно, и ты гордишься им. Это означает, что даже если его и найдут до того, как произойдет омертвение тканей, он все равно будет ВИЧ-инфицирован.

Ты оставляешь его там и идешь проверить — все ли в порядке с женщиной. Крики мистера Азула звучат хрипло, сдавленно и отдаленно.

Когда ты выходишь, надежно запирая за собой дверь, солнце уже садится. Оно полыхает за деревьями над домом оранжево-розовым цветом, ветерок освежает, а не холодит, он пахнет цветами и морем, и ты думаешь, как было бы здорово, если не сказать полезно, обосноваться здесь.

  63