ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Голос

Какая невероятная фантазия у автора, супер, большое спасибо, очень зацепило, и мы ведь не знаем, через время,что... >>>>>

Обольстительный выигрыш

А мне понравилось Лёгкий, ненавязчивый романчик >>>>>

Покорение Сюзанны

кажется, что эта книга понравилась больше. >>>>>

Во власти мечты

Скучновато >>>>>




  90  

Она задумчиво посмотрела на стол, где другие жемчужины ждали своего часа.

– Давай, – спокойно сказал Арчер. – Я не думаю, что Лински будут против.

– Против? – Бекки недоверчиво рассмеялась. – За несколько минут вы сделали больше, чем кто-нибудь из нас сделал бы за несколько часов.

– Вы ведь уже отобрали жемчужины для той партии, – обратила внимание Ханна.

– Не скромничайте, – сказала Бекки. – Я готова держать пари, что вы смогли бы отсортировать жемчужины, будучи голой и стоя при этом на голове.

– Никогда не пробовала, – улыбнулась Ханна. Фред засмеялся, и в его карих глазах вспыхнул озорной огонек.

Арчер тяжело сглотнул. Мысль об обнаженном теле Ханны в комнате, полной жемчужин, отозвалась волной жара. Гладкая ткань ее: кожи могла соперничатьс перламутровой поверхностью. Ее румянец был прекраснее любого жемчужного блеска, а пыл тела восхитительно контрастировал бы с прохладным шелком жемчужин.

– Здесь слишком холодно, чтобы раздеваться, – сказала Ханна.

Повернувшись к следующему столу, где томились разбросанные жемчужины, она с удивительной скоростью начала их сортировать, повинуясь какой-то своей логической схеме, скрытой от окружающих. Очень быстро на столе образовалось две горки жемчужин. Одну из них Ханна отодвинула в сторону так, будто это был ненужный хлам.

– У вас нет больше подносов? – спросила она, отворачиваясь от стола.

– Есть, – сказала Бекки.

– Сейчас, – заторопился Фред.

Рассеянно кивнув, Ханна перешла к нерассортированным жемчужинам. Когда у ее локтя появились новые подносы, она молча переставила их поближе.

Единственным звуком в комнате было ее тихое мурлыканье, в котором, прислушавшись, можно было разобрать обрывки австралийских народных песен и церковных гимнов, знакомых ей с детства.

Арчер не пропускал ни единого ее движения. Он был очарован ее мастерством, ее быстротой, ее проворными, ловкими пальцами. Он считал себя хорошим сортировщиком жемчуга, но, без сомнения, Ханна была лучше. Гораздо лучше.

Даже в огромных сортировочных помещениях Микимото Арчер никогда не видел такой скорости и четкости движений. Теперь понятно, почему Лэн требовал, чтобы именно Ханна подбирала жемчуг для «Черной троицы».

Ряды жемчужин на сортировочных подносах увеличивались с поражающей скоростью. Когда ряды были готовы, нежные, едва уловимые цветовые вариации, отделяющие одну линию от следующей, стали более заметны. Иногда это зависело от степени безупречности поверхности. Но гораздо чаще различия лежали в блеске перламутровых волн, играющих под атласной поверхностью. Блеск жемчужины – это ее душа, ее тайна, первобытное волшебство, божественное зерно, почитаемое человечеством в течение тысяч лет.

Ханна еще раз взглянула на результаты своей работы, отступила назад и поменяла несколько жемчужин местами. На одном подносе осталось только двенадцать жемчужин, каждая из которых сияла серебристо-лунным сиянием. Ханна повернулась к первому подносу, взяла семь жемчужин и смешала их с двенадцатью.

Подбор по цвету был совершенным.

Арчер почувствовал, как в его кожу впивается тысяча иголочек. Это было невероятно: Ханна сравнивала жемчужины, не глядя на них, по памяти. Теперь у Арчера не осталось сомнений: Ханна узнала бы жемчужины «Черной троицы» где бы то ни было.

– Я бы не поверил, если бы сам не увидел, – сказал Фред. – Она даже ни разу не оглянулась на первый поднос.

– Дорогая, если вам понадобится работа, приходите к нам, – сказала Бекки.

– Мы бы заплатили в два, нет, в три раза больше, чем стоят услуги обычного сортировщика.

Ханна что-то промычала в ответ. Ее внимание теперь было сосредоточено на закрытых коробках с жемчужинами.

– Я люблю заниматься подбором жемчуга. Это как головоломка. Единственная вещь, способная, увлечь меня так же сильно, – это резьба по дереву, но все мои инструменты остались в Бруме.

– В таком случае, – заявила Бекки, направляясь к коробкам, – почему бы вам не продолжить?

Арчер воздержался от возражений: он видел, что работа позволила Ханне отвлечься от мыслей о Лэне, смерти и «Черной троице». Сортировка жемчуга заставляла ее забыть обо всем на свете.

– Подождите, – остановил ее Фред. – Вы одинаково хорошо работаете со всеми цветами или только с белым?

– Мы с мужем выращивали на ферме жемчужины разных цветов.

– Тогда, может быть, вы поможете разрешить наш спор с женой. Собственно, для этого мы и попросили Арчера прийти сюда. Я купил несколько жемчужин, больших и круглых. Бекки утверждает, что они выросли в соленой воде.

  90