ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Всего одна неделя

Ну, так себе, если честно. Роман пустышка >>>>>

Крысявки. Крысиное житие в байках и картинках

Шикарная книга, смеялась зажимая рот рукой, чтобы домашние не подумали, что с ума сошла. Животных люблю, к крысам... >>>>>

Открытие сезона

На 3, не дотягивает >>>>>




  125  

– Ему что, жить не хочется?! – изумленно воскликнул распорядитель охоты.

– Мы не можем убить его просто так, с места! Это неинтересно! – возмутился Герменфред.

Теодорих протрубил в рог.

– Поднимайте зверя! – приказал распорядитель охоты ловчему и псарям.

Борзые ринулись вперед, заходясь в громком лае. За ними двинулись копьеносцы… Испуганные шумом птицы спорхнули с веток и полетели искать спасения в глубине леса. Олень тоже сорвался с места и побежал. Начался долгожданный гон.

Преследование бедного животного длилось несколько часов. В итоге олень окончательно обессилел, его светлая бархатистая шкура лоснилась от пота, из мелких ранок, причиненных ветвями деревьев, стекали, подобно мелким рубинам, капли крови…

Наконец собаки загнали его в небольшую ложбинку, наполненную водой от недавно прошедших обильных дождей.

Олень тяжело склонил голову, высунул шершавый язык и с жадностью припал к воде, надеясь, возможно, что влага окажется для него спасительной…

Не теряя времени, охотники окружили ложбину, и копьеносцы, дабы оградить короля Теодориха от возможного рывка и нападения лесного зверя, выставили вперед острия копий. Но олень и не думал нападать. Глазами, полными печали, он взглянул на людей, потом запрокинул массивную величественную голову вверх и издал протяжный рев, прощаясь с Герцинианским лесом…

В тот же момент Герменфред ловким броском вонзил оленю под лопатку копье. Животное дернулось, несколько раз конвульсивно подпрыгнуло, потом сделало попытку выбраться из овражка с водой, но тотчас замертво рухнуло обратно, обагрив озерце-западню своей теплой еще кровью…

Герменфред, удовлетворив, наконец, охотничью страсть и самолюбие, откровенно ликовал, предвкушая, как вскоре расскажет дамам, в особенности прекрасной Теодехильде, о личной расправе с оленем. Теодорих, видя неподдельную радость гостя и его свиты, снисходительно улыбнулся: это он отдал своим людям приказ не опережать короля Тюрингии и не отнимать у него славу искусного и удачливого охотника.

* * *

Вечером того же дня в резиденции Теодориха, размещавшейся в бывшей вилле римского патриция, состоялся пир в честь удачной охоты. Приглашенная знать жаждала отведать жаркое из оленя, убитого королем Тюрингии.

Все присутствовашие на пиру дамы с нескрываемым интересом внимали рассказу Герменфреда, выражая бурное восхищение едва ли каждому его слову. Одна лишь Теодехильда всего-навсего милостиво улыбнулась пару раз «герою»: ей отчего-то жаль было прекрасное животное.

Зато сам король Тюрингии был сегодня в ударе, ибо взоры всех дам были устремлены только на него. Особенное же внимание оказывала ему Суавегота: несколько раз даже поднимала чашу с вином в его честь. Словом, тюринги почувствовали себя на этом пиру желанными гостями и настоящими героями.

– Ты показал себя великолепным охотником, брат мой! – выказал похвалу и Теодорих.

Герменфред самодовольно рассмеялся.

– Отличная охота! Я давно не получал такого удовольствия, – ответил он со счастливым блеском в глазах.

– Внимание реймских дам принадлежит тебе сегодня по праву, – продолжал льстить Теодорих. – Ручаюсь: многие из них мечтают провести предстоящую ночь именно с тобой. Я даже приготовил тебе по этому случаю подарок…

– Какой? – Глаза Герменфреда блеснули плотским вожделением.

– Не все сразу, брат мой… Получишь после пира, обещаю.

Снедаемый нетерпением Герменфред довольно осклабился: наверняка «подарок» Теодориха – это прекрасная саксонка, вестготка или алеманка.

Теодорих же, исподволь взглянув на успевшего изрядно опьянеть от крепкого бургундского вина гостя, решил, что пора переходить к обсуждению дела.

– Я рад, что пребывание в Реймсе доставило тебе много приятных мгновений, – начал он издалека.

Герменфред в этот момент поставил на стол очередную чашу, опустошенную за красоту королевы и ее дочери Теодехильды.

– Богатый город! – совершенно искренне воскликнул он в ответ на слова Теодориха.

– Я потратил почти двадцать лет, чтобы сделать его таковым. Долевое королевство, доставшееся мне от отца, было меньше примерно в два раза, ибо не включало тогда ни Оверни, ни западных и южных земель Бургундии, ни Нарбонской Галлии…

– Да, я знаю, что Теодорих Великий вынужден был оставить земли Нарбонской Галлии, дабы дать отпор вестготам и лангобардам, – откликнулся Герменфред, жадно наблюдая за виночерпием, вновь наполнявшим его чашу вином.

  125