ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Кузина-самозванка

Бред сивой кобылы, как то все нелепо, как то взял и полюбил, когда он ее полюбил, женится собрался, все очень непонятно,... >>>>>




Loading...
  8  

Калеб пытался изо всех сил не смотреть на вырез. Как только она обрела равновесие, он отпустил ее и правой рукой закрыл дверь.

— Вы хорошо себя чувствуете, Виктория? — вырвалось у него. Он не смог удержаться, чтобы не уставиться на нее.

Виктория судорожно вдохнула.

— У меня что что-то не в порядке с лицом? — неожиданно спросила она. — Я не удивлюсь, если что-то не так. — Виктория попыталась выглядеть безразличной. Но эта попытка его не обманула. Леди явно была не в себе.

Калеб не мог себя остановить — он снова дотронулся до нее, провел рукой по ее подбородку, осторожно повернул ее голову. Слишком много косметики: тени для глаз, губная помада, пудра. Ему нравился запах пудры. Пудра ассоциировалась у него... с женщиной.

Его охватило чувство тревоги. Что-то говорило Калебу, что надо уходить. При других обстоятельствах он бы так и сделал. Если бы перед ним была другая женщина, он был бы уверен, что все было устроено с целью соблазнить его.

Он не имел ничего против, но в другом месте и в другое время. Было верхом легкомыслия смешивать бизнес с удовольствием, тем более, если речь шла о такой женщине, как Виктория Холбрук. Он понимал, что самое разумное — это принести свои извинения и уйти, сказав что-нибудь тактичное, и таким образом выйти из ситуации.

Но что-то тут было не так. Не так было с этой женщиной, Викторией Холбрук. Она никогда так не одевалась, никогда так не выглядела, и он мог бы поклясться, что она не собиралась его соблазнять.


ГЛАВА ТРЕТЬЯ


Виктория посмотрела на Калеба и подумала, а с какой стати она решила пригласить его.

Он глядел на нее так, будто собирал детскую головоломку и потерял последний фрагмент. Мужчины не выглядят такими озадаченными или смущенными, когда испытывают страсть.

— Калеб?

— Все прекрасно, Виктория, — сказал он ей. — Ты очень красива. И выглядишь ты просто...

Он говорил тихим голосом, и на мгновение в его взгляде промелькнуло желание. Калеб подошел ближе. У Виктории дыхание было сбивчивым, и она чувствовала, что ее сердце сейчас выпрыгнет наружу.

— Как я выгляжу?.. — спросила она, задыхаясь. Ей было трудно говорить, стоя так близко к нему. Она уже давно не стояла так близко к мужчине. Неужели она забыла это чувство?

— Ты выглядишь просто... на сто процентов...

Он провел рукой по ее волосам, и в его глазах мелькнула страсть. Виктория смутилась. О чем она думала? Она никогда не была роковой женщиной. Разве она забыла об этом? Разве попытка выделиться из толпы, привлечь к себе внимание не закончилась когда-то плачевно? Она не жалела себя. Жизнь у нее сложилась. Она — хороший бизнесмен, лояльный, правдивый и честный. Она не глупа, почему же так глупо она себя чувствует сейчас?

Она посмотрела в глаза Калебу. Его взгляд невозможно было прочитать.

Виктория выдохнула.

— Это ошибка и очень плохая идея, — громко сказала она, будто говоря эти слова самой себе.

Калеб поднял бровь. Виктории стало жарко.

— Какая идея? — спросил он.

— Эта. — Она подняла подол юбки и показала ему. Потом подняла лицо и указала на свои глаза и губы.

— Это не похоже на ошибку, — сказал он глубоким голосом.

— Но это так, — неожиданно сказала она с легкой улыбкой.

Он снова нахмурился.

— Виктория, в чем дело?

Она посмотрела в его серебристо-голубые глаза.

— Разве ты не сказала мне сегодня утром, что я тебя не интересую?

Ну да, она сказала, хотя понимала, что врет. Он был красивым, мужественным, сильным и умным. Конечно, он интересовал ее, как любую женщину, но он интересовал ее в ином плане.

— Да, сказала, — прошептала она. — Черт, Калеб, это неправильно. Давай начнем сначала: ты выйдешь, я сменю одежду, помою лицо, а потом ты вернешься, и все будет нормально.

Калеб улыбнулся. Она его забавляла! Неутешительная мысль.

— А если мы просто сядем и ты расскажешь мне, чего хочешь, — предложил он.

— Тебе это не понравится, — призналась она. — Я знаю, не понравится. Я подумала, что мне стоит попытаться выглядеть как женщины, с которыми ты встречаешься, и попробовать уговорить тебя.

— Уговорить на что? — спросил он.

— Я не умею соблазнять. Даже то, что у меня появилась мысль сделать это, говорит о моем безрассудстве.

— Ты безрассудна? — мягко спросил он, взял ее за руки и посадил на кушетку. Он сел рядом с ней, и она явно разнервничалась. — Виктория, что случилось?

  8