ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Самая роскошная и настойчивая

Очень трогательно. Роман оживает, когда в нем кроме глав.героев появляются третьи лица. Их жизнь и отношения. >>>>>




Loading...
  1  

Колесова Наталья Валенидовна

Оборотень

Мы смотрели на замок Оборотня с вершины холма: проводники с облегчением и радостью, а семь невест и я… Черные стены вздыма-лись, точно скалы из глубоких снегов; башни, казалось, пристально следили за нами вертикальными зрачками бойниц. Оценивали. Угро-жали. Я взглянула на закутанную до самых огромных глаз Эйлин. Мне тоже было страшно.

— Ну, леди, вот мы и дома, — проводник тронул коня.

…Камин в парадном зале был едва ли не больше моей спальни в доме отца. Хотя все валились с ног от усталости, сесть нам не предло-жили; мы так и стояли в тяжелых шубах и зимних плащах, немо огля-дываясь и переглядываясь, пока в зал не вошли хозяева замка. По-спешно склоняясь вместе со всеми в низком поклоне, я исподволь рас-сматривала женщину, вставшую слева от кресла лорда. Высокая, стройная, с белыми длинными волосами, в белом платье и плаще, подбитым голубоватым мехом. Серебристые холодные глаза высоко-мерно разглядывали съежившихся невест. Наверняка это была леди Найна, сестра Лорда-Оборотня. Снежная дева…

С опаской, из-под ресниц, я взглянула на самого лорда Фэрлина. Лорд-Оборотень был хорошо освещен пламенем камина, и я с облег-чением убедилась, что, по крайней мере, на первый взгляд, в нем нет ничего ужасного. Серые густые волосы, напоминавшие гриву, спуска-лись ниже широких плеч. Бледное лицо неподвижно — двигались одни глаза, разглядывающие, оценивающие, ощупывающие невест. Глаза отливали зеленью. Темно-серая одежда, подбитый волчьим мехом плащ, на широкой груди — тяжелый медальон с головой волка. Я всегда считала, что старший из Оборотней — действительно старший, в воз-расте моего отца. Фэрлина же, хоть и далеко не юношу, еще долго не назовут пожилым…

Я стояла за спинами девушек, но его зоркий взгляд выхватил меня из темноты, метнулся, пересчитывая невест, — и вновь вернулся ко мне.

— А это кто? — голос его был размеренным и хриплым. — Мы же пре-дупреждали, прислуги у нас хватает!

Я стиснула ледяные пальцы. Эйлин, кажется, онемела от страха; пришлось отвечать мне самой, надеясь при этом, что дрожь в моем го-лосе не слишком заметна:

— Я не служанка, высокий лорд! Я — сестра леди Эйлин.

— Вот как? — удивился он. — Подумайте, какой приятный сюрприз! Мы ждали семерых, а прибыло восемь! Ну что ж, леди, и вы не останетесь без мужа!

Холодная насмешка в хриплом голосе вдруг взбесила меня, как бесили всякие насмешки, — и я на мгновение забыла — кто передо мной. Шагнула вперед, тяжело припадая на хромую ногу. Произнесла в тон:

— Как видите, вряд ли я гожусь кому в жены, высокий лорд! И при-шла я сюда не за женихом из вашего рода, а за своей сестрой, и оста-нусь с ней, будет на то ваше разрешение или нет!

Я перевела дыхание: всё, слова сказаны, хоть и не так, как следо-вало, совсем не так… Лорд-Оборотень смотрел на меня, и, казалось, зелени в его глазах прибавилось — не от гнева ли на мой заносчивый ответ? В зале стояла густая тишина, лишь гудело пламя в камине.

— Какая преданность! — наконец сказал он, переводя взгляд на по-мертвевшую Эйлин. — Какова же должна быть леди, внушающая такую беззаветную любовь! Ну что ж, мы не звери, — он с усмешкой взглянул на свою сестру, и та нехотя улыбнулась — одними бледными губами. — Мы не выгоним леди…

Он повернулся ко мне, вопросительно поднимая прямую длинную бровь.

— Леди?..

— Инта, — выдавила я.

— …леди Инту на мороз. Конечно, после столь… любезной просьбы, вы можете остаться в моем замке на месяц Очищения. Дальнейшее зависит от доброй воли суженого вашей сестры. А сейчас — вы все ус-тали. Дорога к нам нелегка. Отдыхайте. Спокойных сновидений, пре-красные леди.

Он встал, и я неловко поклонилась вместе со всеми, стараясь не смотреть на его странную улыбку, нет, скорее усмешку, нет, скорее… оскал, когда под приподнятой верхней губой блестят острые влажные зубы…

— Ты не должна была так говорить с ним!

Ни теплая ванна, ни камин, ни пуховая нагретая постель не могли унять дрожь испуганной Эйлин.

Да, нужно было просить. Покорно и жалостно…

— Он так улыбался, так… Я чуть не потеряла сознание!

Она и сейчас была на грани обморока — и оттого еще красивее. Тонкие изящные руки, сцепленные на белой груди, расширенные синие глаза, дрожащие нежные губы, разметавшиеся по подушкам золоти-стые волосы…

  1