ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Незабываемое лето

Хороший романчик. Есть еще книга про младшего брата. Тоже интерессная. >>>>>

Сквозь паутину лжи

Книга так себе.на один раз >>>>>




Loading...
  89  

Ченс взял ее за руку и вздохнул с облегчением, когда она не выдернула пальцы.

– Меня усыновили, – признался он. – С этим все нормально, даже очень хорошо, но я ничего не знаю о своих биологических родителях. Меня просто выбросили за дверь и забыли. Я вырос на улице диким зверьком, в прямом смысле – на улице. До четырнадцати лет, до усыновления, у меня не было дома. Моими родителями могут оказаться самые недостойные люди планеты, скорее всего, так оно и есть, иначе бы они не выбросили ребенка на улицу умирать от голода. Больше всего я хочу прожить с тобой всю оставшуюся жизнь, но если ты согласишься выйти за меня, то должна знать, во что впутываешься.

– Что? – переспросила Санни, как если бы не поняла ни слова из сказанного.

– Я хотел сделать тебе предложение намного раньше, – честно признался Ченс, – но, дьявол, разве я имею право? Я – темная лошадка. Никто не знает, что получится. Я хотел тебя отпустить, но потом узнал о ребенке и… не смог. Видишь, какой я эгоист, Санни. Мне нужно все: ты и наш малыш. Если ты думаешь, что можешь рискнуть…

Санни отодвинулась с таким недоверчивым и возмущенным видом, что Ченс едва мог это выдержать.

– Не могу поверить, – пробормотала она и влепила ему пощечину.

Силы еще не вернулись, но бить она умела. Ченс сидел молча, не в состоянии даже поднять руку и потереть скулу. Его сердце сжалось и начало умирать. Если Санни захочет ударить еще, пусть бьет, он это заслужил.

– Дурак! – взорвалась она. – Ради Бога, мой отец – террорист! Вот мое наследство, а ты беспокоишься, что не знаешь своих настоящих родителей?! Черт, как бы я хотела ничего не знать о своем отце! Не могу поверить! Я-то думала, ты меня не любишь! Все было бы в порядке, если бы я знала, что ты любишь меня!

От удивления у Ченса вырвалось прочувствованное проклятье, одно из самых-самых плохих слов Ники. В сложившихся обстоятельствах оно прозвучало совершенно безобидно. Ченс пристально посмотрел на прекрасное возмущенное лицо, и тяжесть исчезла из его груди, как будто ее там никогда и не было. Ему захотелось смеяться.

– Я так люблю тебя, что наполовину сошел с ума. Ты выйдешь за меня замуж?

– Придется, – сварливо ответила Санни, – за тобой нужен глаз да глаз. И позволь мне сказать еще одну вещь, Ченс Маккензи. Если ты собираешься и дальше гоняться по всему миру с ножом и пистолетом в поисках адреналина, то подумай головой как следует. Ты останешься дома, со мной и ребенком. Это понятно?

– Понятно, – кивнул он.

В конце концов, мужчины Маккензи все делали для того, чтобы их женщины чувствовали себя счастливыми.

Эпилог

Санни спала, измученная долгими родами, страхом и напряжением от известия о необходимости хирургического вмешательства, когда ребенок самостоятельно так и не вышел. Под ее глазами залегли тени, но Ченс считал, что не видел ее более красивой. Когда он вложил ребенка в ее руки, лицо Санни светилось от восторга. Такое не забудется до самой смерти.

Медицинский персонал, выполнив свою работу, исчез, оставив только родителей и их ребенка.

Ченс смотрел на сморщенное, не менее измученное маленькое личико сына. Малыш спал, как будто пробежал марафон. Крошечные ручки сжаты в кулачки, на голове пушистые черные волосики. А вот о настоящем цвете глаз судить пока рано, но Ченсу почему-то казалось, что они станут того же самого волшебного серого цвета, как у Санни.

Из-за двери показалась голова Зейна.

– Привет, – сказал он очень тихо, – меня послали на разведку. Она все еще спит?

Ченс посмотрел на жену, которая спала крепко, как младенец.

– Ей пришлось нелегко.

– Да уж, неправильно шел, да и вес больше четырех килограммов. Не удивительно, что Санни понадобилась помощь, – Зейн зашел в комнату, улыбаясь и разглядывая спящего маленького человечка. – Дай-ка мне его подержать. Пора ему знакомиться с семьей, – он умело взял ребенка из рук Ченса и прижал к себе. – Я твой дядя Зейн. Мы будем встречаться очень часто. У меня есть два маленьких мальчика, мечтающих поиграть с тобой, а у твоей тети Марис – ты познакомишься с ней через минутку – есть малыш, лишь немного старше тебя. Ты найдешь кучу товарищей по играм, если откроешь глазки и поглядишь вокруг.

Глазки ребенка не открылись, даже когда Зейн начал качать его. Маленькие губки двигались в инстинктивном сосательном движении.

– Быстро забывается, какими крошечными они рождаются, – ласково сказал Зейн и провел казавшимся огромным пальцем по маленькой круглой щечке. Потом поднял голову и хитро усмехнулся: – Похоже, только я знаю, как делать маленьких девочек.

  89