ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

На краю любви

Разочарована. Джек тряпка, не мужик. Иви жалко безумно. Джилл дурища, это ж надо 10 лет ждать идиота, а... >>>>>

Любовь не игрушка

Прочла точную копию этого романа только автор Джордж Ємили "Волшебство лета" >>>>>



загрузка...


  3  

— Мой дорогой Тео, — отозвалась графиня, — тебе не кажется, что было бы по меньшей мере странно, если бы я спрашивала твоего совета, что мне делать и что говорить в его обществе? — И, не питая ни малейшей обиды к Теодору, который ей поклонился, с легкой улыбкой добавила: — Да и не только твоего, милый! Но будь уверен, Десборо — или Сент-Эр, как я должна с этого дня привыкнуть его называть, — может рассчитывать, что в этом доме к его мнению будут прислушиваться со всем возможным вниманием.

— Конечно, ваша милость, — невозмутимо произнес мистер Фрэнт, отвесив еще один поклон.

— Провидению было угодно, чтобы именно он унаследовал имение и титул дорогого отца, — продолжала графиня, невольно посетовав про себя, что случилось именно так, а не иначе. — Кто-то, может быть, думает, что после военной службы на Апеннинах — а как я слышала, там очень нездоровый климат, да и нельзя исключить, что бедный мальчик мог быть ранен или убит в любую минуту, — здешняя жизнь может показаться ему немного пресной. Но это чепуха! Если хотите знать, что я думаю по этому поводу, так вынуждена заявить: выбор военной карьеры, тем более человеком, которого я без малейших колебаний могу назвать весьма далеким от идеала, иначе как рукой судьбы и не назовешь. И вот что еще я должна тебе сказать, мой дорогой Тео: каковы бы ни были мои материнские чувства, они ничто по сравнению с другими, которые я ставлю неизмеримо выше, — чувствами истинной христианки! С тех пор как леди Пенистоун занялась внуком, а мой дорогой покойный супруг не нашел в этом ничего плохого, мне оставалось только молчать. Но я всегда считала — к добру это не приведет! Конечно, кто осмелится хоть слово сказать против ее милости? Она весьма достойная женщина, хотя и не без странностей. Я даже готова отдать ей должное — леди Пенистоун ни разу в жизни, как этого можно было бы ожидать, не пострадала от своего невероятного легкомыслия, если, конечно, не считать того прискорбного случая с ее дочерью! Но если бы она смогла вырастить и воспитать Десборо, не внушив ему при этом самой черной неблагодарности по отношению к моему дорогому покойному супругу, я, скажем так, была бы несколько удивлена! К тому же должна заметить, во всем остальном этот юноша — на редкость неинтересная личность. Ни живости, ни обаяния, ничего! Да ты и сам знаешь, ведь в Итоне он ничем не выделялся. Можно себе вообразить, что за солдафон из него вышел!

— Прошло ведь немало времени с тех пор, как вы последний раз видели кузена, — перебил ее Теодор. В голосе его слышалось сдержанное раздражение.

— Надеюсь, ты не собираешься обвинять меня в этом?! — насмешливо фыркнула графиня. — Если леди Пенистоун постоянно забирала мальчика к себе на все каникулы, а мой дорогой супруг позволял ей это делать, то нет ничего удивительного, что Стэньон так и не стал для юноши родным домом. Во всяком случае, моя совесть чиста: пока он был ребенком, я всегда выполняла мой долг по отношению к нему! Да и теперь можешь ни минуты не сомневаться, с моих губ не слетит и слова упрека этому несчастному, столь долго и упорно пренебрегавшему родственными узами и сыновним долгом, ничего, кроме того, что полагается по отношению к человеку, являющемуся в настоящее время эрлом, а, следовательно — главой семьи! Теодор, я намерена принять его в Парадном зале!

Вот благодаря этому неожиданному заявлению и случилось так, что пятеро родственников собрались в огромном помещении, многие века именуемом не иначе как Парадным залом замка Стэньон, над внутренним убранством которого поработали представители многих поколений этого старинного рода, оставив в наследство потомкам свидетельства своего изысканного художественного вкуса и богатой фантазии. Однако грубо оструганные топором балки на самом верху сильно скошенного потолка остались нетронутыми, так же как и старинный камин, в котором мог бы свободно разместиться ствол столетнего дуба, и даже не один. К сожалению, деревянные панели, украшенные искусной резьбой, но источенные жучком, исчезли еще в прошлом веке, и сейчас, открытый до самого вестибюля, или парадного входа, зал казался особенно просторным. А прямо напротив него брала начало парадная лестница, выстроенная еще во второй половине семнадцатого столетия с таким расчетом, чтобы по ней могли одновременно спускаться не менее полудюжины представителей славного рода Фрэнтов. Она величественно взмывала вверх, а между двумя ее пролетами размещалась широкая площадка, оттуда по обе стороны зала расходилась знаменитая галерея Менестрелей.

  3  

Загрузка...