ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

«Подсолнух» на счастье

Ну так себе не дотягивает... к чему было писать про бывшую жену если она там вообще не фигурирует? Или... >>>>>

Юная жена

Гавно роман, все ждала, когда у гг слух прорежится, сто раз намекали, что начинает что-то слышать, голос г.г и... >>>>>




Loading...
  2  

— Тебе лучше собраться и уже быть за дверью,— сказала она после приветствия.

— Приятно поговорить с тобой, дорогая сестренка.

— Мне не нужно этого дерьма, Джос. Тебе лучше быть в пути в течение следующего часа или...

— Я знаю, знаю. Или ты хирургическим путем удалишь мои пальцы и пришьешь их к заднице. Я знаю. — Иметь сестру, которая знала эту хирургическую процедуру и злилась постоянно, иногда было жутко.

— Эй, не надо со мной так разговаривать. Тебе повезло, что ты будешь здесь со мной, а не с мамой. — Она была права. Вернуться к маме означало тонуть в море моих приёмных и наполовину родных братьев и сестер, среди которых — набор из четырехлетних близнецов, по сравнению с которыми, дьявол – это Мать Тереза.

— Знаю, — ответила я.

— Только знай, ты едешь в дом, полный людей, которые собираются наблюдать за каждым твоим движением. Понимаешь?

О Боже.

— Ага.

— Хорошо. Я буду ждать тебя. Позвони мне, когда выедешь.

— Я позвоню. Пока.

Я повесила трубку, прежде чем она могла сказать что-либо еще. Я закрыла лицо руками и закричала. Это был кошмар, от которого я никогда не проснусь.

Сплю я или нет, это никогда не оставит меня.

Но я бодрствую и поэтому должна двигаться, я сошла с коробки и подняла ее.


Глава 2


Спустя двенадцать поездок, чрезмерного количества пота и ругани, я сложила все свои вещи в машину. Несмотря на то, что на улице было прохладно, я сняла зимнее пальто и надела свитер. Мое дыхание витало в январском воздухе. Люди бросали на меня взгляды, и я знала, о чем они думали: еще одна студентка, которая не вернется после рождественских каникул.

Они и понятия не имели.

Я вернулась в полупустую комнату и оглядела ее в последний раз.

Прощай, свобода!

Я даже не потрудилась оставить записку своей соседке по комнате и просто закрыла за собой дверь. Ей было все равно.

Я написала Келли, что уехала, но она не ответила.

Большой сюрприз: в Нью-Гэмпширском университете не было никого кроме Келли, кто бы попрощался со мной. Я не слышала ничего от Мэта с того лета, когдаон порвал со мной. Больше никто не хотел общаться с сумасшедшей и безрассудной девушкой. Я слышала, как обо мне болтают за моей спиной.

Начал падать снег, когда я спустилась к своей машине. Я едва могла видеть отражение в зеркале заднего вида.

Я подключила свой айпод к проигрывателю и включила воспроизведение в случайном порядке. Моя поездка обещала быть долгой, и со мной была только моя музыка. Рукав моей рубашки задрался, показывая браслет, который я никогда не снимала. Он был простым, с фигуркой маленького слона. Я хранила его как напоминание. Постоянное напоминание.

Тряхнув головой, я покинула общежитие и направилась к шоссе и новой главе мой жизни. Начало было неважным. Темные вещи из моего прошлого всегда будут преследовать меня.


* * *


Добраться до дома сестры в Бангоре, штат Мэн, заняло больше времени, чем я ожидала. Вообще-то, я никогда не видела его. Она переехала сюда с парнем по имени Хантер, который купил этот дом, потому что был при деньгах. Теперь она снова встречалась со своим парнем, Полом, который, как по мне, был хорошим, ведь когда она была с ним, она не являлась занозой в заднице.

Прежде я никогда не видела этот дом. Его адрес дала мне Рене. Когда я припарковалась рядом с домом, я была в шоке.

— Черт, — сказала я. Дом был огромным. Огромнее, чем описывала Рене. Я представляла что-то вроде маленького, невзрачного домика, но этот был больше, чем дом, в котором я когда-то жила с матерью и отцом.

Взглянув на автомобили на дороге, я схватила рюкзак и направилась на крыльцо.

На двери висел идиотский звоночек. Мой палец был в дюйме от звонка, когда дверь распахнулась.

— А вот и ты! Я волновалась, думала, что ты лежишь где-нибудь в канаве,— сказала Рене, бросаясь на меня. Поразившись объятию, я обняла ее в ответ.

— Я здесь.

Я получила «рыжий» ген в нашей семье. У меня морковно-рыжие волосы, веснушки и зеленые глаза. Рене же получила гены получше: голубые глаза и светлые волосы. Наши черты лица были схожи, но колорит оказался настолько различим, что люди никогда не предполагали, что мы сестры.

Она перестала обнимать меня, но оставила свою руку на моем плече и подтолкнула меня в дом, как будто я собиралась убежать. Рене упомянула что-то о Стивене Кинге, проживающем внизу по улице, но я была бы в большей безопасности в своем доме.

  2