ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Незабываемое лето

Хороший романчик. Есть еще книга про младшего брата. Тоже интерессная. >>>>>

Сквозь паутину лжи

Книга так себе.на один раз >>>>>




Loading...
  37  

Потом идет горячий кофе из чашки, но только коротко, этого мало; потом снова лед, потом кофе, потом лед, и теперь я начинаю кричать, я кричу по-настоящему от боли и невыносимого желания, кричу и умоляю ее, прошу ее прекратить, наконец она выплевывает последний кубик льда, ставит стакан и кружку рядом с бокалом из-под вина, залезает сверху и насаживается на меня; я легко вхожу в нее, а там внутри горячее, чем кофе, так горячо, что можно обвариться, так горячо, что можно обжечься, и я едва слышно издаю потрясенные крики: О-о! — она движется вверх и вниз, прикладывает пальцы к моей шее, а другую руку опускает вниз и за спину — к моей мошонке, и я внезапно кончаю, продолжая кричать, а теперь еще и рыдаю — меня сотрясает спазм, и она неожиданно затихает и шепчет мне: «Бэби, бэби», а я дергаюсь и рвусь, и от этих движений боль пронзает и отпускает мои ноги и руки и суставы одновременно.

Узлы затянулись так сильно, что не развязать, и ей приходится разрезать их сверкающим лезвием охотничьего ножа, который она держит под матрацем со своей стороны на тот случай, если в дом ворвется какой-нибудь насильник.

Я лежу у нее на руках, как в колыбели, и тяжело дышу, я в полном изнеможении, обессиленный, боль в мышцах, костях и суставах постепенно проходит, слезы на лице высыхают, и она тихонько спрашивает:

— Тебе было хорошо?

И я шепчу ей в ответ:

— Просто хер знает как.


На следующее утро я появляюсь в редакции с утра пораньше этаким бодрячком и с новым компьютером под мыщкой, счастливый после моего рывка в Камбернолд через жилищный кооператив, а потом назад, после вечера с И. (я разочарован — мой новый суперсексуальный компьютер не произвел на нее никакого впечатления, но, видимо, компьютеры интересуют не всех, ну и насрать; если бы мне предложили на выбор — кого из двух прилэптопить, я бы выбрал ее), а затем возвращения на Чейн-стрит; И. настаивает, чтобы я уезжал пораньше, — боится, как бы среди соседей не начались разговоры. Я до того устал, что, хотя и умирал от нетерпения запустить свой новый лэптоп и убедиться, что «Деспот» на нем пойдет (наконец-то и на портативном! визжать хочется — просто оргазм какой-то!), но вместо этого уснул прямо на диванчике, а потом, сам не знаю как, перетащился на кровать и для разнообразия хорошо выспался. Я встаю с рассветом или же сразу после него и в кои-то веки прибываю в редакцию до начала рабочего дня, правда, Фрэнк уже там, и я собираюсь похвастаться перед ним своей обновкой, но он взволнованно смотрит на меня, хватает под руку и тащит от стола дежурного при входе, мимо стенда с объявлениями и старыми выпусками, останавливается в уголке и сообщает:

— Эдди хочет тебя видеть. У него там двое полицейских.

— Это что за новость? — спрашиваю я, ухмыляясь. — Опять Феттесгейт?

Феттесгейт — это небольшой скандал, в котором замешана полиция Лотиана; один голубой парнишка, который счел, что с ним поступают несправедливо, проник (с обескураживающей легкостью) в полицейское управление в Феттесе и скопировал там кучу неприятных для полиции документов.

— Нет, — говорит Фрэнк. — Тут явно что-то другое. Они ищут тебя.

— Меня?

— Да, именно тебя.

— Ты их знаешь?

— Нет.

— Хм-м.

Я знаю довольно много полицейских, и весьма высокопоставленных, так же точно я знаю адвокатов, юристов, докторов, политиков, чиновников и людей из всевозможных агентств. Подумаешь, дела.

— Ума не приложу, зачем я им понадобился. — Я пожимаю плечами. — У тебя есть какие-нибудь идеи?

У Фрэнка смущенный вид. Он бросает взгляд на дежурного за столом при входе и поворачивается к нему спиной. Он наклоняется прямо к моему уху и тихо говорит:

— Мораг перехватила несколько слов, когда они переговаривались по интеркому…

Я прикрываю рот ладонью и издаю театральный смешок. Я подозревал, что секретарша Эдди подслушивает своего шефа. Но до сего дня не знал, что она избрала Фрэнка в наперсники.

— Камерон, — говорит Фрэнк, еще больше понижая голос. — Они расследуют какие-то убийства.

Глава пятая

Открытый огонь

«Мерседес»-универсал едет по дорожке, урча и разбрызгивая черные лужи, скопившиеся под поникшими деревьями. Машина останавливается у глухого фронтона коттеджа, погруженного в темноту. Как только гаснут фары, ты включаешь прибор ночного видения. Он выходит из машины, держа в руках большую кожаную сумку, и направляется к дверям коттеджа. Это лысеющий человек средней комплекции, хотя и с брюшком и довольно полным лицом. Ты смотришь, как он открывает парадную дверь коттеджа. Он входит, включает свет в прихожей и закрывает за собой дверь. Ты слышишь, как с задержкой срабатывает сигнализация — короткий гудок, — и он тут же отключает ее. Дождь молотит вовсю, с деревьев срываются тяжелые капли. В задней части дома, на кухне, загорается свет.

  37