ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Кузина-самозванка

Бред сивой кобылы, как то все нелепо, как то взял и полюбил, когда он ее полюбил, женится собрался, все очень непонятно,... >>>>>




Loading...
  70  

— Догадайся, что я забыл взять с собой.

Она засмеялась, ее голос был чистым и сильным в этом мире, где существовали только двое.

— Ну, тебе все равно это не нравилось, — прошептал он, скользя руками по ее груди и вызывая в них звенящее напряжение. — Мне просто придется… сымпровизировать.

Он наклонился над ней, и его широкие плечи закрыли небо. Его губы горели на ее губах, а затем и на ее теле.

У него очень хорошо получалось импровизировать. Она была подобна целуемой солнцем жертве, добровольно принесенной ради его удовольствия. Он плавно двигался над ней, пока ее тело не выгнулось под его жадными губами, и она не закричала от невыносимого наслаждения. Ее крик вознесся к палящему солнцу.



Глава одиннадцатая

Рэйчел не позволяла себе думать о времени, хотя знала, что у них было, самое большее, несколько дней, — столько, сколько потребуется этому Салливану, чтобы подготовиться к встрече с Кэллом. Она жила только настоящим, наслаждаясь его обществом, что бы они ни делали. Он помогал ей собирать овощи в огороде и немного работал с Джо, постепенно добиваясь доверия собаки и показывая Рэйчел, как хорошо был выдрессирован этот пес. После первого купания они также проводили много времени внизу у бухты, плавали каждое утро и потом после обеда, когда спадала жара. Это было замечательным лечением, от которого он с каждым днем становился сильнее, его плечо более гибким, а хромота менее заметной. Также он делал другие упражнения, непрерывно работая, чтобы вернуть свое тело в форму, и она могла только наблюдать за этим с изумлением. Она была спортивной и сильной, но ее выносливость была ничем по сравнению с его. Частенько ему было больно, она ощущала это, хотя он никогда ничего не говорил, просто не обращал на боль внимание, как будто ее не было. Через десять дней, после того, как она нашла его, он начал осторожно бегать вокруг дома, при этом бедро было туго забинтовано, чтобы укрепить раненую мышцу. После вспышки гнева Рэйчел присоединилась к нему и бегала рядом с ним, готовая поймать его, если нога не выдержит, и он упадет. Кричать на него было бесполезно, потому что для него было важно быть в состоянии встретить любые трудности, с которыми он столкнется после отъезда.

И независимо от того, чем они занимались, они разговаривали. Он умалчивал о себе, в силу характера и работы. Он знал много интересных деталей о закулисных политических играх и экономике. Возможно, он знал больше, чем хотелось бы разным высокопоставленным персонам, об их вооружении и потенциальных возможностях, но он не говорил об этом. Рэйчел узнала о нем столько же из его оговорок, сколько из того, о чем он говорил.

Не зависимо от того, чем они занимались — работали в саду, бегали вокруг дома, готовили еду или говорили о политике, страсть пробегала между ними как невидимый поток, приводя их обоих в состоянии повышенной чувствительности. Её чувства были заполнены им, она знала его вкус, запах, прикосновения, каждый нюанс его глубокого голоса. Поскольку обычно он был таким сдержанным, она внимательно вглядывалась в каждое незначительное движение его бровей или подергивание его губ. И хотя с ней он расслабился и чаще улыбался, иногда дразня ее, его смех был редкостью, и поэтому ценен вдвойне. Их пыл не могли охладить любовные ласки, потому что это было больше, чем физическая потребность. Она растворялась в нем, зная, что у нее есть только настоящее.

Однако нельзя было отрицать и физическое желание. Рэйчел никогда прежде не получала такого удовольствия, даже в первые дни своего замужества. У Кэлла был большой сексуальный аппетит, и чем чаще он занимался с ней любовью, тем больше они оба хотели этого опять. Он был предельно осторожен с ней, пока она не привыкла к нему, его любовным ласкам, как утонченным, так и грубым. Были моменты, когда делали это медленно, наслаждаясь каждым ощущением, как сексуальные гурманы, пока напряжение не становилось таким сильным, что они взрывались вместе. А иногда их любовь была быстрой и жесткой, без всякой прелюдии, потому что так велика была их потребность быть вместе.

На третий день, после того как он позвонил Салливану, Кэлл занимался с ней любовью чуть ли не с жестокостью, и она знала: он думал, что это, возможно, последний день, когда они вместе. Она прильнула к нему, ее руки крепко обняли его шею, когда он лежал на ней в полном изнеможении. Комок застрял у нее в горле, и она закрыла глаза, желая не замечать ход времени.

  70