ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Звезда моя, Аврора !

Мне лично роман не очень понравился, а главная героиня просто бесила, все время убегала и сама не знала,... >>>>>



загрузка...


  10  

Илейн пожала плечами.

— Мне не показалось, что Глория нуждается в этом. По-моему, малышка совершенно счастлива. Впрочем, несколько застенчива. Ей потребовалось некоторое время, чтобы подружиться с Лили. Поэтому я понимаю бабушку Гвин. Она боится отправлять малышку в путешествие одну.

— И что? — спросил Тим. — У тебя ведь явно что-то на уме, Лейни. Что ты хотела обсудить со мной?

Илейн протянула ему письмо Гвинейры.

— Бабушка Гвин спрашивает, не хотим ли мы послать с ней Лилиан. Будто бы интернат именитый. И Глории будет гораздо легче вдали от дома.

Тим внимательно прочитал письмо.

— Кембридж — это всегда хорошо, — кивнув, произнес он. — Но не рановато ли ей? Не говоря уже о том, что подобные интернаты стоят обычно целое состояние.

— МакКензи готовы взять расходы на себя, — пояснила Илейн. — Если бы это не было так ужасно далеко… — сказала она и умолкла, когда в комнату вошла Лилиан.

Девочка надела слишком большой передник и теперь путалась в нем на каждом шагу. Как обычно, это рассмешило родителей. Веснушчатое лицо Лилиан казалось довольно лукавым, хотя в глазах застыло мечтательное выражение. Волосы у нее были тонкие и рыжие, как у матери и бабушки, но не настолько волнистые. Она заплетала их в две длинные косы, и в этом огромном переднике была похожа на кобольда[2], решившего поиграть в служанку.

— Стол готов, мамочка. И мне кажется, запеканка тоже.

И действительно, из кухни в гостиную донесся аромат мясной запеканки.

— И сколько стаканов ты разбила? — с наигранной строгостью поинтересовалась Илейн. — Не отрицай, мы все прекрасно слышали.

Лилиан покраснела.

— Ни одного. Только… только чашку Джереми…

— Маа-мааа! Она разбила мою чашку! — заревел Джереми, любивший свою керамическую чашку, и без того уже оббитую. — Почини ее, мамочка! Или папочка! Папочка инженер, он ведь может чинить всякие вещи!

— Но не чашки же, глупыш! — послышался голос Руба.

Мгновение спустя дети уже громко ссорились. Джереми всхлипывал.

— Мы поговорим позже, — сказал Тим, позволяя Илейн помочь ему встать с кресла. На людях он настаивал на полной независимости и лишь разрешал Роли носить свою сумку. Однако при Илейн он признавал собственную слабость. — Сначала нужно накормить нашу ораву.

Илейн кивнула. Ей хватило нескольких слов, чтобы навести порядок.

— Руб, твой брат не глуп, извинись. Джереми, если немного повезет, папочка склеит чашку и ты сможешь поставить в нее цветные карандаши. И поскольку ты уже большой мальчик, то можешь пить из стаканов, как и все остальные. А ты, Лили, убери, пожалуйста, ноты, потом пойдем есть. Руб, тебе придется собрать железную дорогу.

Илейн взяла на руки младшего и посадила его на высокий стул в столовой. Тим присмотрит за ним, пока она принесет еду. В принципе, это входило в обязанности их служанки, Мэри Флаэрти, но в пятницу у Мэри был выходной. По этой же причине Роли не вошел в дом после того, как Тим отпустил его. Обычно он не любил так легко расставаться со своим начальником и хотя бы спрашивал, не может ли сделать для него еще что-нибудь. А затем он обменивался парой непринужденных слов с Мэри.

Илейн догадалась, что эти двое решили воспользоваться теплым летним вечером, чтобы насладиться общением, заменив слова поцелуями.

Как бы там ни было, Мэри успела приготовить запеканку, и Илейн оставалось только вынуть ее из печи. Илейн собралась позвать Лилиан, но девочка уже показалась в дверях.

Лицо ее сияло, она размахивала письмом от Гвинейры МакКензи, которое Тим неосторожно оставил на столе рядом с креслом.

— Это правда? — радостно воскликнула она. — Бабушка Гвин посылает меня в Англию? Где живут принцессы? И в такой интра… интер… в такую школу, где можно злить учителей, устраивать полуночные вечеринки и все такое?

Тим Ламберт часто рассказывал детям о своей учебе в Англии; его интернатское прошлое, судя по всему, представляло собой целую череду розыгрышей и приключений. И вот теперь Лили не могла дождаться, когда будет учиться, как папа. Ей не стоялось на месте, от возбуждения она то и дело подпрыгивала.

— Вы меня отпустите, правда? Мамочка! Папочка! Когда мы едем?


— Я вам что, надоела? — Глория переводила обиженный взгляд с одного взрослого на другого, и в ее больших фарфорово-голубых глазах сверкали слезы.


  10