ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Рабыня страсти

Интересный сюжет! Мне понравилось! >>>>>




Loading...
  37  

— Хм, — сказала она. — Сейчас лето.

— Да, но мир кажется очень неприветливым, если ты одинок.

Виктория хорошо знала это. Она помолчала. Калеб поцеловал ее и она ответила на поцелуй.

— Калеб, скажи мне, почему ты дома.

— Хорошо. Я дома, потому что я женат уже четыре месяца. Я хотел сделать тебе подарок.

— О! — Она не могла скрыть сожаления в голосе. — А у меня ничего для тебя нет.

— Все в порядке. Ты поцелуешь меня пару раз. — И он поцеловал ее. — Теперь зажмурь глаза.

Калеб достал из сумки щенка и посадил ей на ладонь.

— Лайнол? — угадала она.

— Да. Правда, он похож на маленького взъерошенного льва? Он пока очень любит грызть вещи. Кажется, он считает, будто приехал прямо из Африки, в приюте он наводил жуткий страх на других щенков. Но мы научим его хорошим манерам. Может, отдадим на попечение Бобу.

Виктория посмотрела на урчащий комочек шерсти, и ее глаза наполнились слезами.

— Ты говорила, что у каждого ребенка должен быть любимец. И что у тебя его не было. Я понимаю, ты не ребенок, милая, и не пытаюсь заменить тебе им Боба, но я подумал... Если нам придется отвезти его назад, я уверен, кто-нибудь возьмет его.

Он хотел забрать Лайнола из ее рук. Виктория испугалась, что Калеб посадит его назад в сумку.

— Он просто чудо, — сказала она, удерживая щенка. — Спасибо. — Слезы покатились по ее щекам.

— Виктория, — произнес Калеб. — Извини. Ты в последнее время была такой грустной. И я решил доставить тебе радость.

— Ты доставил мне радость.

— Я вижу, — Калеб вытер большую слезинку, которая катилась по ее щеке.

Виктория покачала головой и усилием воли заставила себя не плакать.

— Я была счастлива, Калеб. Я ценю все, что ты сделал для меня, включая Лайнола, но...

— Но? Что случилось, миссис Фремонт?

Виктория посмотрела на Калеба, надеясь, что он не заметит, как она страдает.

— Боюсь, я больше не могу быть миссис Фремонт, — покачала она головой.

Калеб застыл.

— Думаю, ты объяснишь мне, почему.

— Да, да. Я ходила к врачу несколько раз. Я... не могу сказать тебе, почему я пошла к нему. Просто я заподозрила, что что-то не так.

Калеб взял у Виктории щенка и посадил его в сумку. Потом обнял ее за плечи.

— Что случилось? — Его голос был очень напряженным. Таким голосом он еще никогда с ней не говорил.

Виктория положила руки ему на грудь.

— Ничего страшного. Ничего ужасного, уверяю тебя. Просто... у нас нет больше причин жить вместе. Я не могу иметь детей. Нет даже малой вероятности. Я могу показать тебе результаты анализов, литературу, которая объясняет мой случай. У меня не будет детей, Калеб. Нам не нужно было жениться. Завтра я возвращаюсь домой. Я позвоню адвокату и начну бракоразводный процесс.

Калеб не сказал ни слова.

— Извини, что тебе пришлось жениться на мне. Это было ошибкой, конечно, я эгоистка. Но теперь все кончено. Надеюсь, мы останемся друзьями. Я всегда буду тебе благодарна.

— Ты будешь благодарна. — Он сказал эти слова так, будто она оскорбила его, сдавил ей плечи, потом посмотрел в сторону и отпустил ее.

— Черт, Виктория. — Он резко выдохнул. — Мне очень жаль. Я знаю, как много ребенок значил для тебя.

— Все в порядке.

— Все не в порядке. Это несправедливо.

Виктория понимала, что проведет остаток жизни одна и всегда будет жалеть, что у нее нет ребенка. Но сейчас даже не эта новость ранила ее, а осознание, что они расстаются с Калебом.

Виктория любила его и должна была уйти, прежде чем Калеб поймет, что она, увы, похожа на всех остальных женщин Ринваля и что она хочет его.

— До свидания, Калеб, — сказала она ему. — Спасибо тебе за все.

Калеб приблизился.

— Не уходи сейчас. Останься на ночь.

Оставаться больше не было смысла и если они будут спать вместе, эта ночь будет очень долгой.

Виктория не хотела показать ему всей глубины своего горя.

— Лучше, если Лайнол проведет первую ночь там, где будет его настоящий дом.

Отговорка звучала неубедительно.

Калеб несколько секунд смотрел на нее. Потом резко кивнул.

— Я помогу тебе упаковать вещи и отвезу домой.

Переезд не занял много времени. Они стояли на пороге ее дома, за дверью остались Боб и Лайнол. Виктория смотрела на Калеба, не зная, что сказать. Наконец, она протянула руку.

— Ты был... очень хорошим другом, Калеб, — произнесла она.

Он положил ее руки себе на плечи и, взяв за талию, притянул к себе. Калеб нагнулся и поцеловал ее, поцелуй был долгим.

  37